Свинец Ак-Тюза и уголь Кызыл-Кии приблизили Победу 9 мая 1945 года

Каждый рабочий обязался выполнять норму не менее чем на 150%.

Фото: DALL·E 3 нейросеть.

С первых дней войны Киргизская ССР восприняла нападение фашистской Германии на Советский Союз как вторжение на свою собственную землю. На фронт по мобилизации ушел каждый четвертый житель республики, оставшиеся в тылу женщины, старики, подростки держали трудовой фронт.

В Киргизию эвакуировались десятки военных предприятий РСФСР, Украины и Белоруссии, беженцы блокадного Ленинграда, здесь проходили лечение тысячи солдат в эвакогоспиталях, а граждане собирали миллионы рублей на танки и самолеты, чтобы бить фашистов... Был у республики и еще один значимый вклад в Победу: горнорудная промышленность, дающая на фронтовые нужды уголь и другие ресурсы.

Город Кызыл-Кия, расположенный в Баткенской области, еще до войны был одним из старейших центров угледобычи в регионе. Первая шахта была открыта здесь в 1898 году на основе исследований русского инженера Михайлова, а в 1913 году на угольных разработках уже трудилось около 700 рабочих. К 1940 году Кызыл-Кия из поселка стал городом, а его уголь обеспечивал топливом Ферганскую долину и южные районы Казахстана.

С началом войны значение кызыл-кийского угля выросло многократно. Враг оккупировал Донбасс, который до войны давал 56,8% всей угледобычи в Советском Союзе. Страна потеряла главный угольный бассейн, и взоры руководства обратились на восточные регионы, включая Киргизию. 8 декабря 1941 года вышло постановление Совета Народных Комиссаров СССР «О развитии добычи угля в восточных районах СССР», а вслед за ним — решение партийных и советских органов Киргизии об увеличении добычи топлива.

Горняки Кызыл-Кии ответили на этот вызов ударным трудом. Для усиления оперативного управления все угольные рудники республики — Кызыл-Кия, Сулюкта, Кок-Янгак и Таш-Кумыр с 13 производственными единицами — были объединены в трест «Киргизуголь». На подземные работы ушли более 70% коммунистов — руководители не оставались в кабинетах, а спускались в забои.

Уже в конце 1941 года добыча на шахте № 3 в Сулюкте превысила план на 79,8%, на шахте «Джал» в Кызыл-Кие — на 51,3%. В целом по четырем крупным угольным рудникам Киргизии в 1941 году было добыто 1 717,2 тонн топлива — наивысший показатель за все предвоенные годы. В канун 1942 года, воодушевленные успешным контрнаступлением Красной Армии под Москвой, кызыл-кийские шахтеры обратились к горнякам Сулюкты с призывом «все свои силы и энергию отдать борьбе за повышение добычи угля». Каждый рабочий обязался выполнять норму не менее чем на 150%. На решающих участках разработок создавались комсомольско-молодежные и «фронтовые» бригады с девизом «В труде, как в бою».

Итогом этого героического труда стало то, что в 1942 году добыча угля в Киргизии превысила довоенный уровень — 1 455,6 тысячи тонн против 1 381,9 тысячи тонн в 1940 году. За образцовое выполнение заданий 24 горняка были награждены орденами и медалями Советского Союза. Уголь Кызыл-Кии и других месторождений республики обеспечивал топливом не только промышленность и железнодорожный транспорт самой Киргизии, но и всей Средней Азии и Южного Казахстана.

Но уголь был не единственным, и даже не главным, вкладом республики в победу. Киргизская ССР обладала уникальными запасами стратегических металлов, без которых производство боеприпасов и военной техники было невозможно. До войны промышленность в ее современном понимании здесь только зарождалась, но разведка природных недр с начала 1900-х годов показывала богатейшие перспективы: ртутные руды, радиоактивные руды, сурьмяная руда... Война дала колоссальный скачок горнорудной промышленности.

Так, Кадамжайский сурьмяный комбинат на юге Киргизии, первая очередь которого была введена в строй еще в 1934 году, в годы войны значительно расширил выпуск стратегической продукции. Сурьма — металл, необходимый для производства твердых сплавов, в том числе для бронебойных снарядов. С началом войны отпала необходимость в импорте этого металла — СССР обеспечивал себя сурьмой полностью, во многом благодаря Кадамжаю.

Еще более важную роль сыграла ртуть. Оккупация Никитовских ртутных рудников Украины поставила под угрозу производство целого ряда боеприпасов — без ртути не взрывается ни один патрон. Проблему удалось решить благодаря форсированной доразведке крупных запасов ртути на месторождениях Южной Киргизии. В сжатые сроки был введен в действие Хайдарканский ртутный комбинат, ставший флагманом ртутной подотрасли СССР, отработали и более мелкие месторождения. Ртуть, добытая в горах Киргизии, отправлялась на военные заводы, где превращалась в капсюли-детонаторы для снарядов, мин и гранат. Без нее не мог выстрелить ни один патрон.

Не менее важным был вольфрам — металл, необходимый для производства высококачественной стали, идущей на броню, сердечники и стволы орудий. Первая опытная добыча вольфрама началась на юге республики уже в июле 1941 года. В Каджи-Сае и Майлуу-Суу значительно увеличились объемы добычи вольфрама и сурьмы. Свинец, цинк, олово и другие металлы добывали в поселке Ак-Тюз: они использовались в производстве аккумуляторных батарей, бронетанковой техники, автомобилей, подводных лодок и стрелкового оружия.

Большая часть этих предприятий сократила объемы работы или и вовсе прекратила существование в начале девяностых годов прошлого века. Но память о соотечественниках-солдатах Великой Отечественной и о тружениках тыла в Ак-Тюзе, Майлуу-Суу и других населенных пунктах фронтовой промышленности жива. Мемориальные доски и памятники героям в них существуют до сих пор, последний мемориальный комплекс открылся в декабре 2025 года в Ак-Тюзе.