2016-08-24T02:19:07+03:00

В Бишкеке после операции по удалению жировика умер 34-летний пациент

Семья Эдиля Ногойбаева требует справедливого расследования дела и наказания для виновных. У медиков - своя версия случившегося
Поделиться:
Примерный семьянин, заботливый сын, отзывчивый и верный товарищ. Иначе об Эдиле не говорят. Фото из семейного архива.Примерный семьянин, заботливый сын, отзывчивый и верный товарищ. Иначе об Эдиле не говорят. Фото из семейного архива.
Изменить размер текста:

Примерный семьянин, заботливый сын, отзывчивый и верный товарищ. Иначе о нем не говорят. Работал в Чуйском областном суде. Семья - святое. Красавица-жена и трое сыновей: Байэль, Байтур и Тимур - всегда на первом месте.

- С Марией они познакомились в детском лагере. Обоим было тогда по шестнадцать. Увидели друг друга и больше не расставались, - вспоминает младшая сестра Эдиля - Асель Ногойбаева. - Вырос в Юге-2, там и прожил до конца своих дней. Соседи нахваливали: все время с любимой супругой и детьми, с мальчишками гуляет, заболеют - сам в больницу ведет. И с друзьями на посиделки всегда собирались семьями… Мария сейчас всю себя посвящает сыновьям, ими живет и дышит - самому младшему ребенку всего 3,5 года. А на родителей без слез не взглянешь. Единственный сын. Отец, кажется, до сих пор не осознал, что 20 февраля этого года случилось непоправимое…

«Он мог бы еще жить и жить…»

Соскочившую на шее шишку Эдиль заметил еще полтора года назад. Не болела, поначалу не мешала, но со временем стала расти.

«Липома (в простонародье – жировик. - Прим. авт.)», - поставили диагноз медики, к которым пришел за консультацией внимательный к своему здоровью мужчина.

- Показаний к экстренной операции не было, как мы поняли, в медицине липома - достаточно распространенное явление, - уверяет его сестра. - Да, он жаловался на головные боли, может быть, шишка давила на сосуды, стало неудобно спать. Говорил, неэстетично выглядит... Но мог жить и жить с ней, если бы не решился на операцию.

В конце 2015-го Эдиль прошел полное обследование. Предлагали прооперироваться в частной клинике под местным наркозом. Отказался. Выбрал клинику при КРСУ из простых соображений - друзья посоветовали.

- Он полностью доверился ее руководителю, профессору Закиру Камарли, который пообещал сам прооперировать Эдиля. Брат не пошел на попятную, даже когда выяснилось, что удалять жировик будет другой хирург и под общим наркозом.

- Что же произошло во время операции?

- Ему назначили на 9.20 утра. Хирург Эмиль Макимбетов управился за 45 минут и уехал из клиники. Время шло, а Эдиль все не приходил в себя. Ближе к вечеру Макимбетову сообщили, что пациент по-прежнему без сознания. И когда он приехал, сделали вторую операцию - по трахеостомии, за миг до смерти... Брат уже не мог дышать самостоятельно. Мария не находила места от волнения. Она задавала врачу один и тот же вопрос: «Что случилось? Почему он не приходит в себя?!». И в какой-то момент получила такой ответ: «Во время операции больной пошевелился, появилась чувствительность, и нам пришлось добавить анестезию».

Пока мы можем только предполагать, что, возможно, случилась передозировка. Аллергии у Эдиля не было - перед операцией анестезиолог проверила реакцию на препарат.

Мы никого не обвиняем, но требуем, чтобы ГУВД объективно провело расследование и виновных наказали. У нас много вопросов, на которые хотим получить ответы. Почему такую несложную локальную операцию проводили под общим наркозом? Почему профессор Камарли отказался оперировать в последний момент, и как второй хирург мог уехать, не убедившись, что с его пациентом все в порядке? Правильно ли специалист рассчитала дозу анестетика? Как так вышло, что абсолютно здоровый человек, пришедший на своих ногах, уснул в операционной и больше не проснулся?

После трагедии хирург связывался с нами, выражал соболезнования, предлагал компенсацию… Но какими деньгами можно компенсировать такую утрату? Мы хотим одного: установить истинную причину гибели Эдиля. Многие знакомые качают головой, мол: «Не старайтесь, не докажите. У каждого врача есть свое маленькое кладбище». Возможно, для медиков это служит неким оправданием: потерял одного, зато спас сотни других. Но разве это дает право загубить на пустом месте человеческую жизнь?

Семья 34-летнего Эдиля Ногойбаева требует справедливого расследования дела и наказания для виновных. Фото из семейного архива.

Семья 34-летнего Эдиля Ногойбаева требует справедливого расследования дела и наказания для виновных. Фото из семейного архива.

«Боролись, как могли»

- В любом споре у каждого своя правда. Точку в этом деле поставят компетентные органы после получения результатов дополнительной экспертизы. Но могу с уверенностью сказать: наши врачи сделали все возможное, чтобы спасти пациенту жизнь. Боролись, как могли, - прокомментировал «Комсомолке» главный врач клиники при КРСУ Закир Камарли.

- Нелепая смерть из-за простого жировика. Неожиданная. Вы не считаете?

- Это был не обычный жировик, а прирастающая к позвоночнику липома без выраженных границ и капсулы. Не такая простая операция, как может показаться на первый взгляд. Вообще, любое хирургическое вмешательство связано с рисками. Предоперационное обследование пациента показало, что в области шеи есть сужение позвоночного канала, но нервы «живые». Поэтому оперировать нужно было под общим наркозом. При местном обезболивании пришлось бы вводить большое количество препарата. Это могло привести к болевому шоку.

- Так ли было необходимо ложиться на операционный стол? - Особой необходимости не было. Опухоль не угрожала жизни пациента, не была злокачественной. Но мужчина жаловался на боль в области шеи, его часто мучили головные боли, не мог спать. После полного обследования он решился на операцию.

- Почему вы отказались оперировать?

- Я не практикую уже больше полугода. Сам пару месяцев назад перенес операцию. Долго держать скальпель в руках пока не позволяет здоровье.

- В какой момент все пошло не так? Что могло случиться с молодым здоровым мужчиной?

- Операция прошла нормально. Никакой дополнительной дозы анестетика не вводили. Он был восприимчив к наркозу и сразу уснул. Хирург передал больного реаниматологу, потому что в процессе вывода пациента из-под наркоза оперирующий врач не участвует - так практикуется во всех клиниках мира. А то, что доктор не интересовался состоянием больного, - ложь. После операции врачам нужно отдохнуть, пообедать, они тоже люди. После он вернулся в клинику сам, без вызова.

Когда мне сообщили, что пациент так и не пришел в себя, мы провели консилиум с участием специалиста по опухолям головы и шеи профессора Джумабаева и решили сделать трахеостомию. Но, к несчастью, спасти мужчину не удалось, сердце пациента остановилось. Вскрытие показало, что он умер от острой сердечнососудистой недостаточности. Сейчас ждем результатов экспертизы. Возможно, это была аллергическая реакция - анафилактический шок. Пока непонятно, на какой из препаратов. Такие случаи единичны, но, к сожалению, бывают при введении внутривенных инъекций. Мы не снимаем с себя ответственности. Если будет доказана наша вина, готовы понести наказание. Персонал клиники тоже за объективное расследование.

Результаты патологоанатомической экспертизы станут известны 20 марта. «Комсомолка» будет следить за развитием событий.

Тем временем

Счетчик смерти в нерабочем режиме

Судить о том, насколько глобальна проблема врачебных ошибок в Кыргызстане, сложно. Минздрав, например, не ведет статистику несчастных случаев, когда по вине врачей пациенты получали серьезный вред здоровью или умирали.

- Доказать факт врачебной ошибки непросто. В республике почти не было прецедентов, когда медики несли уголовную или административную ответственность. Лишь по делу заражения детей ВИЧ-инфекцией на юге страны был вынесен приговор в отношении 9 медицинских работников из 14 обвиняемых по статье «Халатность». Четверо из них были оправданы в связи с отсутствием доказательства вины, одно уголовное дело прекращено. Врачи получили по 3 года лишения свободы, - уточнили «Комсомолке» в МВД.

Прямая речь

«Врачи должны отвечать за свои ошибки»

Главный правозащитник страны Бакыт Аманбаев предложил депутатам повысить ответственность медработников.

- Анализ заявлений, поступивших в институт омбудсмена, выявил ряд проблем в сфере здравоохранения: отказ в доступе к медицинским услугам, врачебные ошибки, в отдельных случаях приведшие к смерти, некачественное предоставление помощи, - аргументировал акыйкатчы, выступая в парламенте 12 марта. - Жалобы поступают на медиков, как из частных, так и государственных клиник. Врачи должны отвечать за свои ошибки. Мы просим Жогорку Кенеш внести поправки в законодательство, усиливающие ответственность медиков, и создать независимую судебно-экспертную группу, которая объективно будет расследовать случаи, повлекшие смерть или ухудшение здоровья пациентов по вине врачей.

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также