2016-07-14T10:30:19+03:00

Такого беспрецедентного повышения цен, как с 1 июля, еще не было

Чем можно успеть запастись, пока еще есть время

00:00
00:00

В студии радио КП доктор экономических наук Игорь Николаев и корреспондент отдела экономики «Комсомольской правды» Нигина Бероева спорят о необходимости одномоментного повышения цен на многие товары и услуги.

Бероева:

- Здравствуйте, это программа «На пике недели». У нас в гостях Игорь Алексеевич Николаев, директор департамента стратегического анализа компании ФБК и, как всегда по средам в это самое время, целый час в его распоряжении, и обсуждать мы будем очень важную тему. И, самое главное, - вовремя. Потому что обычно мы говорим о резком подорожании чего-то, запланированном, в тот день, когда это подорожание случается. А сейчас все-таки есть еще полмесяца до второго полугодия, до этого рубежа, потому что, как всем известно, у нас подорожание обычно происходит либо 1 января, либо 1 июля. И всем понятно, почему основное подорожание и рост тарифов в этом году случился не с 1 января, а случится с 1 июля. Игорь Алексеевич, как жить-то будем во втором полугодии? Насколько дороже станет наша жизнь?

Николаев:

- С 1 июля у нас не так часто было повышение цен. Но вот я должен сказать нашим дорогим радиослушателям, что, на мой взгляд, и я сейчас попытаюсь это доказать, что такого беспрецедентного 1 июля с этой точки зрения у нас не было. Я, естественно, никого не хочу пугать, но наше дело – проинформировать, что называется, а наши радиослушатели и сами прекрасно все понимают. Итак, почему вдруг 1 июля мне кажется таким серьезным днем-испытанием? Потому что действительно с 1 июля тарифы естественных монополий у нас индексируются существенным образом. А для народа по-простому это означает существенный рост тарифов ЖКХ. Это свет, тепло, канализация. Это было сделано сознательно. С 1 июля газ подорожает на 15%.

Бероева:

- Итак, давайте будем записывать. Газ – 15%. Это цены для розницы?

Николаев:

- Это для организаций и для населения. С 1 июля газ – плюс 15%, тепловая энергия – плюс 6%, электроэнергия плюс 11% для организаций и 6% для населения. Вот это самые основные тарифы. Но это еще не все. Дело в том, что, допустим, по той же тепловой энергии будет с 1 сентября второй этап повышения. Примерно так же, на 6%. В сумме у нас получится около 12%. То есть, это будет такое двухэтапное повышение на тепло. А, как известно, мы – северная страна. Я смотрю, вы удивлены этой информацией…

Бероева:

- Да, кстати, я не знала про 1 сентября… По-моему, это изящно сделано… Какой-то иезуитский ход.

Николаев:

- Причем, когда стало известно, что и 1 сентября, а на самом деле, стало известно достаточно давно. Другое дело, что, конечно, по мере приближения к этой дате, надо иметь это в виду и, я помню, аргументы были, что, ну, почему 1 июля? Какая там политика – никакой политики, не из-за выборов, конечно, это было. Смотрите, какая была формулировка – просто люди летом не так почувствуют. Потому что они на даче, потому что на тепло им так не надо много тратиться. Вы представляете? Сначала 1 июля, а потом еще и 1 сентября… Тарифы ЖКХ – они же тесно связаны с тарифами на газ, на тепло. В среднем тарифы на услуги ЖКХ повысятся на 12%. Это в среднем по стране.

Бероева:

- Дальше давайте, Игорь Алексеевич, что у нас еще?

Николаев:

- Дальше у нас акцизы. У нас принято решение, что акцизы на алкоголь, табак в ближайшие годы будут повышаться. И, как известно, у нас было повышение и с 1 января, но будет еще и с 1 июля.

Бероева:

- С 1 января все-таки не очень чувствительное было повышение – на 10%, да. С одной стороны, люди почувствовали некоторое подорожание, но, насколько я знаю, именно с 1 июля нас ожидает такое чувствительное подорожание алкоголя.

Николаев:

- Там процентов 15 будет. Но самое главное, что с 1 января следующего года снова будет.

Бероева:

- И там уже на 30% акцизы возрастут. Это не стоимость бутылки водки, это акцизы на алкоголь.

Николаев:

- То есть, это тот налог, который сидит в этом самом литре алкоголя, так скажем.

Бероева:

- Кстати, эксперты подсчитали, с 1 июля в стоимости бутылки водки 60% это будет акциз.

Николаев:

- Да, абсолютно правы эти самые эксперты….

Бероева:

- Они страдают, знаете, больше всего, эти эксперты алкогольного рынка.

Николаев:

- Вот мы смеемся, но я ведь хочу перейти еще к следующей статье расходов и тоже с 1 июля. Она тоже чрезвычайно чувствительная, особенно для тех, кто у нас за рулем проводит время. Кто водит автомобили. У нас с 1 июля сногсшибательно резко повышается размер штрафов за нарушение правил дорожного движения. Причем, в Москве и в Санкт-Петербурге это повышение будет примерно в два раза выше, чем в среднем по России.

Бероева:

- На сколько будут жестче штрафовать?

Николаев:

- В Москве, как известно, у нас полосы для общественного транспорта с недавних пор выделили. И вот сейчас это будет 3000 рублей штраф с 1 июля. На запрещающий сигнал светофора сейчас штраф 700 рублей, а будет 1000. Наезд на стоп-линию при остановке на перекрестке – прежний штраф 100 рублей – будет 800 рублей. Выезд на перекресток, за которым образовался затор – был 100 рублей – становится 1000 рублей. Движение или остановка на полосе, предназначенной для маршрутных и транспортных средств – было 100 рублей – станет 3000 рублей. Несоблюдение знаков и разметки, запрещающих остановку и стоянку – 100 рублей – будет 3000 рублей. Остановка и стоянка на переходе, либо нарушение правил остановки и стоянки на тротуаре – 300 рублей – будет 3000 рублей. Остановка и стоянка на трамвайных путях, либо далее первого ряда от края проезжей части – 100 рублей – будет 3000 рублей.

Бероева:

- Вот только один вопрос – кто и как будет собирать, и насколько эффективно будут собираться эти штрафы? За границей это делает камера…

Николаев:

- У нас будут такие машинки, сказали, десять штук их для начала закупили, они будут ездить, фотографировать и, думаю, потом гаишники нам подробно расскажут, как они будут действовать. Но с применением вот таких средств видеофиксации это будет.

Бероева:

- Я за увеличение штрафов. Может, потому что я не пешеход, а не водитель, но, мне кажется, что полоса вот этого общественного транспорта заработает и принесет какой-то результат, в том числе, когда по ней перестанут ездить. Другой вопрос, что нужно развивать наземный общественный транспорт, который у нас не очень хорошо развивается, но все нужно делать комплексно. Но так или иначе нужно соблюдать правила, какие бы они ни были. А они все-таки есть и от этого зависит человеческая жизнь – и моя, и ваша.

Николаев:

- Вы знаете, ведь у нас эти выделенки, когда они появились, то многие о них справедливо говорили в таком критическом тоне и понятно почему. Потому что, когда по той же Профсоюзной, где и так затрудненное движение и на протяжении всей улицы под ней проходит метро, еще одну полосу выделяют как выделенку для общественного транспорта, то становится совсем плохо. Или, например, Новорижская эстакада. Там вообще общественного транспорта не было, но полоса уже есть и народ вынужден жаться. Ну, все эти дискуссии были, где-то знаки заклеены, как известно, обещают еще открыть, но вы представляете, сейчас в 30 раз фактически возрастает этот штраф. А там уже система видеофиксации есть. Нигина, в данном случае вот вы сказали, как пешеход, и я тоже в общем пешеход, но я, как человек, пользующийся автомобилем, хочу сказать, на мой взгляд, одно дело увеличивать вот так штрафы, допустим, за проезд на запрещающий сигнал светофора, да. Но мы знаем, какие условия, вот, допустим, нельзя ставить машину ближе 5 метров от пешеходного перехода, а то тоже получишь эти 3000 рублей. Но мы знаем, что машину вообще невозможно поставить…

Бероева:

- Нет, проблем, безусловно, масса. И вот сейчас, конечно, нарушать будет все сложнее и сложнее. Но я не знаю, у автомобилистов более-менее сильная общественная организация, если сравнивать ее со всеми остальными, ну, хорошо, пусть пробуют, лоббируют свои интересы, продвигают какие-то дополнительные инициативы. Пусть настаивают, чтобы построили эти парковки, пусть настаивают, что, если вы, ребята, выделили эту полосу, тогда давайте развивать общественный наземный транспорт… В конце концов, Игорь Алексеевич, это же возможно справиться с пробками. И такие эксперименты успешно реализовывались в разных странах. В разных городах, мегаполисах. Было дело? Было. В Сеуле. В Париже.

Николаев:

- Я предлагаю от этой темы уйти. Мы говорим сейчас о 1 июля. И что нас ждет. Вот мы уже выяснили – алкоголь, табак, тарифы ЖКХ, новые штрафы. И вот в таких городах, как в Москве и в Санкт-Петербурге, в отличие от всей России, эти штрафы будут в два раза выше. Но это вопрос, кстати, я не знаю, оставили ли попытки еще обратиться в Конституционный суд, насколько это справедливо, но, тем не менее, вот такие штрафы. Таким образом, честно говоря, я не припомню, чтобы 1 июля какого-то года было таким мощным с точки зрения повышения цен.

Бероева:

- Ну, во-первых, перенесли зимнее подорожание на лето и сейчас нам кажется, что вот… Но все равно – новый год, все по-новому, старые платежки остались в старом году и как-то было, наверное, привычнее.. С другой стороны, мы полгода жили по старым ценам. И это уже было хорошо. Другое дело, что мы станем беднее элементарно с 1 июля, как мне кажется. И ударит все это повышение как раз по самым незащищенным слоям общества, по тем людям, доходы которых практически не росли за последнее время… А почему это повышали? Ну, понятно, каждый раз естественные монополии кричат о том, что они так спонсируют население, что все тарифы должны быть в три раза выше, потому что они поэтому не могут запустить инвестпрограммы. Они говорят об этом столько, сколько я себя помню. Они не могут запустить какие-то невероятные инвестпрограммы, но, хорошо, я оплачиваю эти ваши инвестпрограммы и каждый раз вы повышаете тарифы, мы все оплачиваем инвестпрограммы, объясните мне, пожалуйста, кто-нибудь, кто оценивает эффективность тех инвестпрограмм, за которые я плачу? Вы должны передо мной тогда, если я спонсирую все это, отчитываться. Хоть кто-нибудь отчитывался? Нет. Я вот разговаривала со специалистами – нет такого ни института, ни контролирующего органа, который бы оценивал эффективность инвестпрограмм, которые запускают естественные монополии… Это ж классика жанра, Игорь Алексеевич…

Николаев:

- Давайте я в нетрадиционной роли в данном случае выступлю. Защищать буду немножко естественные наши монополии. Особенность, допустим, повышения цен на газ в этом году, тарифов на газ, в том, что вот это 15-процентное повышение на газ почти в полном объеме, а точнее, 80% средств, полученных от повышения, будет изъято из Газпрома с помощью повышенного НДПИ. То есть, это не монополия получит, это государство такой вот трюк придумало – населению повышает тарифы, оно платит, а потом почти все средства от этого повышения забираются в бюджет. А зачем? А потому что надо выполнять обязательства перед населением. Вот такой хитрый момент. На мой взгляд, очень интересный момент. Я не помню, чтобы такое вот было.

Бероева:

- Это мы возвращаемся к той теме, которую мы обсуждали неделю назад о том, что государство все-таки повысило свои обязательства перед некоторыми категориями граждан. Некоторыми, я настаиваю, потому что я ни к одной из них не отношусь и, наверное, все мои знакомые – тоже. Вот только мама с дедушкой пенсионеры – все. Больше никому не досталось от этого фестиваля вообще астрономической щедрости.

Николаев:

- Вот они и оплатят сами это повышение.

Бероева:

- Игорь Алексеевич, все эти удорожания, они же очень коварны, потому что тарифы ЖКХ – они отражаются в стоимости ведь каждого продукта. То есть, это подорожание всего, по большому счету?

Николаев:

- Да, конечно. Мы знаем, что тепло то же самое, оно, прежде всего, зависит от того, каковы тарифы на газ. Вот те же хлебопекарни как работают. То есть, весь этот рост тарифов естественных монополий, тарифов ЖКХ, это скажется на стоимости всей потребительской корзины. Тут иллюзий не надо питать. Поэтому вот когда мы некоторое время назад, буквально месяц-полтора много слышали от наших руководителей о том, какая рекордно низкая у нас инфляция в годовом измерении – около 4% - мне хотелось сказать, ну зачем же лукавить, вы же прекрасно знаете, что 1 июля будет. И после 1 июля в годовом измерении у вас не 4% будет, а дай бог, чтобы в 10% годовой инфляции уложиться.

Бероева:

- Да, потому что основной вот этот разгон инфляции идет от тарифов ЖКХ и прочих естественных монополий.

Игорь Алексеевич, ваши все-таки прогнозы на инфляцию?

Николаев:

- Конечно, власти постараются сделать все, чтобы относительно более-менее приличный уровень инфляции остался еще в этом году. Напомню, что у нас рекордно низкий уровень, официальный рекордно низкий уровень инфляции был зафиксирован в прошлом году – 6,1%. Вот насколько потребительские цены выросли.

Бероева:

- Ну, там статистика такая лукавая, что многое было притянуто за уши…

Николаев:

- Тем не менее, официальный показатель такой. По нашей оценке, официальная инфляция будет в районе 9% в этом году. Здесь ведь что неприятно? То, что нам не удастся стабилизироваться на вот этом уровне с низкой инфляцией. Мы вроде бы приблизились к такому приличному уровню…

Бероева:

- …почти европейскому.

Николаев:

- Да. Здесь, конечно, 6.1% высокий показатель, но, тем не менее, он уже более-менее приличный. И мы вновь уйдем от этого показателя.

Бероева:

- У нас телефонный звонок. Александр, здравствуйте.

Звонок, Александр:

- Вот смотрите, у нас свои ресурсы. Все свое, да. Газ, нефть, электроэнергия. Но почему же у нас тогда такие цены-то идут? Почему мы не можем у себя в России оставить, а излишни продавать туда? Тогда у нас и цены будут другие. И второй вопрос – кто определяет вот эти штрафы для автолюбителей, откуда эти цены вообще?

Николаев:

- На самом деле, вопрос действительно естественным образом встает. Ну, мы же богатейшая страна с точки зрения ресурсов, да что ж такое делается-то? Вот мы об этом не говорили, а на самом деле, действительно, по тарифам на электроэнергию, да даже на газ, и когда мы видим вот эту рекламу по телевидению – мы самое первое место по запасам природного газа… я думаю, да что ж такое-то… мы, конечно, самые крутые и на первом месте…

Бероева:

- …но теплее не становится. Вы знаете, зимой от этого теплее не становится. И это грустно.

Николаев:

- Так вот. Мало быть богатым. Надо еще иметь нормальную систему регулирования тарифов естественных монополий. Это отдельная тема и мы на ней можем подробно остановиться. Лично я глубоко убежден, что, если мы уж давно стали строить рыночную систему, то вот такая попытка зарегулировать, попытка, чтобы государство определяло, оно приводит к тому, что тарифы растут на большую величину, чем если бы здесь была большая либерализация. Да, да, это парадоксально, но это факт. Потому что, когда больше либерализации и больше конкуренции, то конкуренция толкает цены и тарифы вниз.

Бероева:

- Игорь Алексеевич, все надеялись, что все, РАО ЕС распадается, много частных участников появляется…

Николаев:

- Дело в том, что там реальной конкуренции по большому счету не появилось. Нарезку сделать из таких вот, как лоскутное одеяло, компаний, - это не значит, что у вас конкуренция. У вас есть еще локальные рынки и в общем здесь проблема остается актуальной. И есть система регулирования. Поэтому неэффективная система регулирования – это на самом деле одна из причин. Здесь много можно говорить о непрозрачности, почему действительно расходы не прозрачные. Уж если государство регулирует, то почему оно не может добиться того, чтобы вот эти расходы были прозрачными.

Бероева:

- Вот о чем мы с вами говорили. Газпром, вы увеличиваете, потому что вам очень хочется реализовать инвестпрограмму. Но объясните мне, как эта инвестпрограмма повлияет на качество услуг, которые вы предоставляете мне и моей семье, близким всем моим читателям и слушателям. Объясните и отчитайтесь в каждой копейке, потому что все это спонсируем мы. Вот это единственное, чего хочется.

Николаев:

- Итак, хочется, конечно, всем хочется. Неэффективность системы регулирования и недостаточный уровень конкуренции. Потому что конкуренция заставляет снижать цены. Особенно, допустим, по таким тарифам, которые на самом деле вот – ну, электричество и электричество, газ и газ. Они не отличаются по потребительским свойствам. Значит, понятно, что здесь есть монополии, но, тем не менее, даже здесь можно что-то сделать. Наша экономика, с низким уровнем конкуренции. А когда, извините, низкий уровень конкуренции, когда есть монополисты, то монополист он потому и монополист, он устанавливает цену фактически. Государство думает, что оно регулирует, я помню, допустим, когда работал в МПС, когда Минэкономразвития, - отвечая на ваш вопрос, Нигина, - просило вот те самые затраты показать, почему вы просите такое повышение. Очень просто. Там смеялись и говорили – ну что, какие будем рисовать для Минэкономразвития? Что надо, то и обоснуют. Нет проблем. Я уверен, что и сейчас примерно то же самое происходит. Вот две главные причины. Ну а что касается штрафов, кто это устанавливает там – вообще-то есть такой орган – Госдума, законодатели. Они у нас и устанавливают эти поправки в кодекс об административных штрафах…

Бероева:

- Если кто забыл, что такое Дума и кто там сидит – там сидят депутаты, которые все это обсуждают, а потом принимают. И они как бы наши с вами избранники, они защищают наши интересы и отражают все наши чаяния. Вот так и получается.

Николаев:

- А, знаете, почему так происходит? Потому что по большому счету часто это их самих не касается. Действительно, он приехал на служебном автомобиле, оставил его, вышел…

Бероева:

- А живут они тоже в служебных квартирах?

Николаев:

- Кто как. В общем, обычная ситуация – когда человека не волнует, поэтому он особо и не задумывается. Поэтому не слишком все обоснованно получается.

Бероева:

- В общем, они незнакомы с нашими проблемами. Вот всех в метро, всех в метро, я настаиваю. Всех в метро и в автобусы с трамваями! Владимир, здравствуйте.

Звонок, Владимир:

- Игорь Алексеевич, но вот идет повышение цен, а вот у нас во Владимире организовано общество, которое …. А у нас повышена электроэнергия в 30 раз с 2004 года, нечем платить, отключают электричество… Вы знаете, стоит создать акционерное общество, где состоят и судьи, и прокуратура… Где брать деньги? Вот просто идет грабеж… даже вот счетчик для чего существует – непонятно. Где брать деньги?

Николаев:

- Ничего себе вопросик – где брать деньги? Тяжелый вопрос.

Бероева:

- Это такой крик души!

Николаев:

- Ну да… В данном случае, я считаю, что не то что брать деньги, но, во всяком случае, выражать свое отношение… Я сейчас не говорю о призывах к каким-то акциям и т.д., но, по меньшей мере, когда вот все платят вот так, когда совершенно очевидно, что завтра вот 25, 30 процентов, когда вот проверка такая на прочность происходит, вы знаете, на самом деле обращения, во всяком случае, в ряде администраций это срабатывает. Это действует. На мой взгляд, надо просто об этом, как минимум, говорить, заявлять, писать. Ну, в данном случае я отвечаю за себя… Говорю об этой конкуренции в данном случае. О системе регулирования…

Бероева:

- Владислав, здравствуйте.

Звонок, Владислав:

- Здравствуйте, я из Твери звоню. Я работающий пенсионер, меня, конечно, волнует и пенсия, и все, о чем мы сейчас говорим. Скажите, а вот вы не просчитывали такой момент. Минимальная зарплата, она сейчас такая, а что, если увеличат ее, к примеру, в два раза? Что бы это было, допустим, для экономики нашей страны, для бюджета нашего государства? Минимальные, конечно, то, что у нас сейчас – это нонсенс, на них прожить нельзя… Пострадают только средние предприниматели и мелкие, допустим, где там серая зарплата…. А если обязать их, допустим, 10 тысяч на минималку, какие плюсы и минусы в экономике будут?

Николаев:

- Ну, на самом деле, я действительно не могу сейчас сказать точную цифру, но цена вопроса, думаю, несколько сотен миллиардов рублей. Но то, что это будет до триллиона – это точно. Но ежегодно несколько сотен миллиардов рублей. Можно это сделать? Можно. Но тогда надо… я все время говорю, что и завышенных не должно быть здесь, это должны быть обоснованные траты. Это можно сделать. Но, как минимум, тогда разверните активную борьбу с казнокрадством, поменьше тратьте вот на все эти понты – все эти саммиты и чемпионаты и т.д. и т.п. Я же подсчитывал, мы же подсчитывали – свыше трех триллионов рублей на вот эти самые понты.

Бероева:

- А это треть бюджета нашего.

Николаев:

- Это вообще дороговато будет. А здесь цена вопроса несколько сотен миллиардов рублей. Я сейчас говорю в данном случае за порядок. В конце концов, переходите к прогрессивному налогообложению. Мы уже больше десяти лет говорим, что мы пока не созрели. Ну, постепенно переходите, постепенно. Но это тоже возможно и нужно делать.

Бероева:

- Ну да. Это один из единственных моментов, где можно повышать налоги или, по крайней мере, менять как-то налоговую систему. Кстати, у нас что-то перестали говорить о налоге на роскошь?

Николаев:

- Я заметил. У нас поговорили, поговорили – ну и все уже.

Бероева:

- Ну что ж, кто-то забыл, а мы с Игорем Алексеевичем не забыли. И, думаю, что вы тоже. Все новости экономики читайте на нашем сайте и в газете «Комсомольская правда». А мы с Игорем Алексеевичем прощаемся с вами на одну неделю. Всего доброго.

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ