2016-07-14T10:30:19+03:00

В России незаметно построили социализм

Таких высоких социальных выплат, как сейчас, не было последние 42 года

00:00
00:00

Доктор экономических наук Игорь Николаев и корреспондент отдела экономики «Комсомолки» Нигина Бероева спорят, выдержит ли государство груз тех социальных обязательств, которые взяло в предвыборный период.

Бероева:

- В эфире программе «На пике недели», где мы говорим об экономике, о том, что касается каждого из нас. У нас в гостях доктор экономических наук, директор Департамента стратегического анализа компании «ФБК» Игорь Николаев. Игорь Алексеевич, всех волнует то, что происходит на рынках. Мало кто понимает, что там происходит с нефтью, с валютами, но все граждане нашей страны, практически без исключения, почувствовали на этой неделе, что что-то не так. Потому что рубль сильно подешевел, курс рубля снизился. И неважно, были ли у людей какие-то накопления, но всем стало очень тревожно. Об этом мы говорим в новостях каждый день бесконечно, пишем. Давайте поговорим о том, чем это грозит глобально. Что значит снижение стоимости нефти? Это значит, что у нас бюджет получит гораздо меньше. Сколько у нас сейчас, меньше 100?

Николаев:

- Сегодня вроде бы снова к 100 долларам за баррель подобралась цена на нефть.

Бероева:

- 100 долларов за баррель - цена, на мой взгляд, очень высокая для нефти, но для российского бюджета даже эта стоимость не очень комфортна. Нам бы 120 долларов, а лучше 150.

Николаев:

- Вы правы. В качестве доказательства верности того, что вы только что сказали. У нас первый квартал текущего года получился по исполнению федерального бюджета дефицитным. Дефицит составил около 120 млрд. рублей.

Бероева:

- То есть потратили больше, чем заработали?

Николаев:

- Да. Но, что симптоматично, при цене чуть менее 120 долларов за баррель. То есть нас уже такая цена не спасает. При такой очень высокой цене на нефть у нас все равно бюджет дефицитный.

Бероева:

- Можно эту сумму дефицита сравнить с какой-то статьей расходов, измерить ее в вагонах?

Николаев:

- Примерно четверть всех расходов федерального бюджета на здравоохранение. Это много.

Бероева:

- Если у нас проблемы с бюджетом, если мы представим, что нефть опустится еще ниже, то дырка в бюджете будет больше. А у нас ведь социальных обязательств у государства сейчас выше крыши, с учетом предвыборных обещаний и части взятых на себя обязательств. Ведь надо выплачивать пенсии, дополнительные пособия, которые были повышены, довольствие военным. Можно ли оценить социальные обязательства государства?

Николаев:

- Есть такая оценка самих чиновников, ответственных за это, что у нас в бюджете более 50% - это социальные расходы. Вопрос очень важный, и к оценке его надо постараться подходить, на мой взгляд, без эмоций. Потому что как человек я очень хотел бы, чтобы у нас и пособия, и пенсии, все социальные выплаты были как можно больше. Но вот как экономист, как человек, знающий, что происходит с бюджетом, я представляю, к чему приводит такой популизм.

У нас тема, которая вынесена как тема передачи: выдержит ли государство груз тех социальных обязательств, которые взяли в предыдущий период, накануне выборов? На мой взгляд, уже сегодня есть свидетельства того, что не выдерживает. Что бы там ни говорили. Естественно, чиновники будут говорить, что все будет выполнено. Но тогда у меня встает вопрос. Если выдерживает, то почему на прошлой неделе, к примеру, Минфин представил предложения о сокращении не только оборонных, но и пенсионных расходов?

Бероева:

- А за счет чего? Если деньги дали…

Николаев:

- Речь идет о 2013-2014 годах. В этом году – как запланировано, а вот на 2013-2014 годы уже предлагается сократить по сравнению с тем 3-летним бюджетом, который у нас сейчас утвержден.

Бероева:

- То есть расходы, а не пособия, не зарплату?

Николаев:

- Речь идет о том, что, к примеру, индексироваться не будет теми темпами, какими планировали индексировать.

Что еще было предложено? Было предложено повысить пенсионный возраст. Пока это предложение со стороны Минфина. Мы знаем, новый министр финансов об этом говорил. О чем это говорит? Что, от хорошей жизни, от уверенности в том, что все социальные обязательства будут выполняться, предлагается такая вещь? Конечно, нет. Правда, предложили, что женщинам надо прежде всего поднять и уравнять, чтобы 63 года было и у тех, и у других.

Кроме того, смотрите, какие еще предложения, и они очень симптоматичны. Буквально вчера мне стало известно, что фактически принято решение, скажем так, огосударствить накопительную часть пенсии. Я думаю, что то, что у вас уже накоплено, оно с вами будет, это ваше. Но теперь те 6%, которые работодатель отчислял в обязательную накопительную часть за вас, отчисляться не будут. Это о чем свидетельствует? Это тоже свидетельствует о том, что пытаются решить проблему дефицита пенсионного возраста.

Бероева:

- Это роспись в бессилии, по-моему. Эта реформа была очень важной для общества и всей пенсионной системы страны.

Николаев:

- Я пояснил бы, что сегодня у нас перечисление в Пенсионный фонд составляет 22%. В этих 22% кто-то платит 6% в накопительную компоненту. Это люди моложе 1967 года рождения. А другие не платят, уже не накапливают. Других уже давно выкинули из этой накопительной компоненты. Теперь и эти молодые люди не будут накапливать, эта накопительная компонента будет целиком уходить или учитываться на индивидуальном счете и будет формировать объем будущих пенсионных выплат.

Бероева:

- То есть не будет возможности как-то управлять своей пенсией?

Николаев:

- Накопительной компонентой.

Бероева:

- В любом случае это была возможность повлиять на размер своей пенсии. Я надеялась, что это будет эффективный способ.

Николаев:

- Я вспоминаю, как долго к этому шли. Знаете, конец 90-х годов, самое начало 2000-х, когда пытались реформировать пенсионную систему, причем так, чтобы действительно поставить в зависимость свою будущую пенсию от того, как ты работаешь, сколько ты получаешь. Соответственно вводилась вот эта накопительная компонента. По большому счету, она еще не начала работать. Потому что те, кто должен был бы ее получать, они еще работают. Выкидывали людей в свое время старше 67-го года рождения. Вот сейчас отказываемся от этого. Вернее, хотят отказаться. Но, как я уже сказал, решение практически принято – хотят отказаться. Цена вопроса, кстати, очень большая. Ведь обязательные накопления сейчас составляют около 1 трлн. рублей. Это очень большие деньги. Вот таким образом будут, в том числе, решать проблему дефицита Пенсионного фонда. Что это? Это свидетельство того, что те социальные обязательства, которые были взяты, они оказались неподъемными, что бы там ни говорили. Потому что если они подъемные, то скажите, для чего вы это делаете? Для чего вы поднимали суммарную ставку социальных страховых платежей, если все было подъемно?

Так вот, целый ряд фактов есть, которые говорят о том, что не выдерживаем социальных обязательств. А ведь, по большому счету, еще не заштормило по-настоящему.

Бероева:

- Да, пока еще 100 долларов за баррель.

Николаев:

- Да. Пока еще есть деньги какие-то в Резервном фонде, в Фонде национального благосостояния. Что будем делать, когда заштормит?

Бероева:

- Когда будет 60 долларов за баррель?

Николаев:

- Очень интересные вещи сейчас происходят. Вот это есть предложение, и фактически принято решение, каким образом государство постарается выйти из этой ситуации. Вам никто из чиновников не скажет, что мы что-то маханули тут. Смотрите, что делается. Как известно, 1 июля у нас будет скачок тарифов естественных монополий: на 15% газ, на 6% электроэнергия, тепло, с 1 сентября тепло еще раз, электроэнергия для организаций на 11%.

Что делается? Те средства, которые тот же Газпром получит от очень сильного 150-процентного повышения тарифов на газ, фактически все уйдут в бюджет. Потому что придумали схему, что в виде НДПИ, налога на добычу полезных ископаемых, 80% тех средств, которые получит Газпром от повышения тарифов, уйдут в бюджет. То есть вам повысили пособие, но одновременно вам повышают тарифы на тот же газ. Вы фактически сами оплачиваете это самое повышение. По-моему, такая иезуитская схема, очень циничная придумана.

Вот такие решения уже приняты. О чем это говорит? На мой взгляд, это тоже говорит о том, что Буцефал не выдерживает.

Бероева:

- А сколько не выдерживает? У нас принято считать, что пособия, социальные выплаты – это не так уж много. А в общей сложности есть ли данные, какая это сумма?

Николаев:

- Такие данные есть. Это очень интересный, важный вопрос. Я недавно обратил внимание на эти цифры. У нас, если посмотреть состав денежных доходов населения, то там структура простая. Из чего состоят денежные доходы населения, как ведет статистику Росстат? Это оплата труда, это социальные выплаты, это доходы от предпринимательской деятельности, это доходы от собственности и пр. В общем, четыре основные статьи: оплата труда, социальные выплаты, доходы от предпринимательства, доходы от собственности. Так вот, если мы говорим о социальной нагрузке, социальные выплаты в составе денежных доходов населения по итогам 2011 года составили 18,2%.

Бероева:

- Это серьезная сумма. Как понять, насколько она серьезна, насколько критична? Может быть, она в том году была ниже или выше? Что-то изменилось?

Николаев:

- Динамика еще более серьезная. 18,2% это доля социальных выплат в структуре денежных доходов населения. И это самый высокий показатель не только за все годы рыночной экономики. У нас Росстат вообще ведет эту статистику с 1970 года. За последние 42 года у нас не было более высоких показателей. В денежных доходах у населения значительную часть…

Бероева:

- То есть вы хотите сказать, что сейчас платят больше, чем в советское время?

Николаев:

- Я хочу сказать, что доля социальных выплат в денежных доходах сейчас даже больше. Мы строили-строили коммунизм, а вот, оказывается, социальные выплаты у нас после 20-летнего периода построения кривой, косой рыночной экономики, он почти построен оказался. А если серьезно, действительно, за 42 года это самый высокий показатель. Но ладно бы он был высокий, если бы одновременно у нас росли в структуре доходов доходы от предпринимательства и доходы от собственности.

Бероева:

- Не растут?

Николаев:

- В том-то и дело, что у нас в структуре доходов от предпринимательства доходов чуть больше 9%, и это самый низкий показатель с 1993 года. Понятно, здесь с советской экономикой сравнивать нельзя. Доходы от собственности у нас по итогам прошлого года 3,6%. И это тоже самый низкий показатель с начала 90-х годов. Видите, какой перекос получается.

Бероева:

- Правильно я понимаю, что мы все больше начинаем зависеть от государства, от того, сколько государство заплатит, и все меньше приносит прибыли бизнес, частное предпринимательство, доходы от этого сокращаются?

Николаев:

- Относительно сокращаются.

Бероева:

- А зависимость от государства все больше и больше.

Николаев:

- Здесь важно, что происходит относительно. Да, зависимость растет. Но ладно бы она росла, когда денег много, нефтедолларов много. Сильно зависит, но и у государства денег полно. Вопрос: а если денег будет мало?

Бероева:

- Что сейчас происходит? Цена на нефть падает, и на рынках явно нестабильно. И прогнозы не самые благоприятные.

Звонок, Наталья:

- Игорь Алексеевич, я вам звонила по поводу социальных обязательств и пенсий 2,5 года назад. Вы сказали, что золотой дождь кончился. Действительно, в апреле 2010 года он кончился, и в 2011 году пенсии индексировались строго по закону 2002 года. Они, в общем-то, снивелировались. Тогда действительно был резкий скачок. 9800 средняя пенсия для человека, проработавшего 30-40 лет, это немного. И дальше, даже если будет индексация по официальной инфляции, то они не будут так резко расти. Доля – это ведь в общем бюджете, а у нас сколько доходов? 40% не поступает в бюджет. Относительная доля велика, но сам бюджет у нас не очень наполняется, кроме нефтяных доходов.

Я вам благодарна за передачу о прожиточном минимуме. Но если будут срезать социальные расходы до прожиточного минимума, это будет бунт. Я читала в «Вопросах экономики» статью Гурвича (а он один из руководителей группы по пенсионной реформе) совместно с Кудриным. Они предлагают пойти еще дальше (я надеюсь, что вы с ними не согласитесь). Отложить выплату пенсий работающим пенсионерам. И отложить вторую индексацию.

Вы же видите, что больше пенсии расти не будут, они и сейчас небольшие. С какими предложениями реформаторов вы бы согласились, а с какими нет? Я очень ценю, что вы статистику хорошо знаете, один из немногих экономистов. У нас даже в статье Кудрина 25 миллионов только пенсионеров старше 60 лет. Плюс 5 миллионов женщин после 55. А остальные все молодые пенсионеры. Этот вопрос олигархи решать не хотят, потому что они не хотят выплачивать на вредных производствах пенсии досрочно вышедшим. Вот эта проблема повисла. И что бы вы взяли из Кудрина, Гурвича, из самых крутых и жестоких предложений?

Николаев:

- Я как-то уже говорил, что мы никуда не уйдем от повышения пенсионного возраста. Но должно это делаться постепенно. Вот сейчас это какую-то экономию не даст. Но в принципе это надо делать. Я предлагаю как минимум честно и открыто об этом говорить, а не так предлагать, как сейчас прозвучало предложение. Никто не собирается повышать пенсионный возраст, но просто вы полную пенсию сможете получать через 5 лет, не в 60, а в 65 лет. Не надо делать вот такие придумки. Если вы что-то хотите сделать, то объясняйте это народу.

Когда обязательства взяты, и это неснижаемого характера обязательства, их надо выполнять. Ребята, ищите и другие источники доходов. Если вы признаете, что 20% средств государственных разворовывается (это официальная оценка, а по моей оценке, разворовывается гораздо больше), сделайте хотя бы, чтобы поменьше воровали. И этого бы хватило намного. Давайте с этого начнем. Вот когда вы здесь навели порядок, тогда давайте решать проблемы. Да, вы маханули вот так, вам надо было выборы проходить. Вы их прошли, а теперь начинаете вот такие придумки делать.

Бероева:

- Игорь Алексеевич, но рубанут же и инвестпрограммы, когда поймут, что нужно откуда-то брать деньги, чтобы выполнять социальные обязательства – выплачивать пенсии, пособия, материнский капитал и пр. Почешут затылки и скажут: нужно сокращать расходы, давайте посмотрим, что у нас можно сократить. На развитие экономики сколько у нас идет? Сократили. Этим путем пойдут?

Николаев:

- Конечно, этим путем. Недавно Силуанов признался: у нас 80% расходов федерального бюджета это расходы неснижаемого характера. У нас никогда не была планка неснижаемого характера расходов столь высокая. Это значит, что вы ни при каких обстоятельствах не можете их снизить. Действительно, вы не можете секвестировать те же пенсии. Вы можете что-то химичить с индексацией, но просто срезать политически невозможно – вам такое устроят. Поэтому на это не пойдут.

Остается 20%. А это прежде всего инвестпрограммы. А инвестпрограммы – это что? Это деньги в экономику, это то, что должно стимулировать внутренний спрос в условиях, когда внешний спрос падает. А внешний спрос падает, потому что мировая экономика в кризис стремительно входит. То есть получается, что мы будем резать то, что надо, наоборот, сейчас расширять, чтобы поддержать экономику. А если экономика будет падать, то откуда же будет больше налогов, из которых в первую очередь расплачиваться с пенсионерами и с другими группами населения?

Звонок, Виктор:

- У меня три вопроса. Первый вопрос. В свое время футболист Аршавин, когда его купили за границу, его обложили налогом 40%, то есть он 40% должен был отчислять государству нашему. А гастарбайтеры, которые к нам приезжают со всех бывших советских республик, платят 1000 рублей в месяц. Неважно, сколько он зарабатывает. В частности, в нашей фирме работает таджик, он платит эту 1000 рублей, и 1,5 тысячи за него платит работодатель, а зарабатывает он порядка 25-30 тысяч в месяц.

Бероева:

- А кому он платит 1000 рублей?

Виктор:

- Закон приняли, что они обязаны 1000 рублей в месяц платить. Вопрос: почему этим никто не занимается?

Бероева:

- Почему? С Аршавина берут 40% его зарплаты.

Виктор:

- Они экономику своей страны поднимают, а мы теряем.

Николаев:

- Мы, естественно, не могли брать 40% с зарплаты Аршавина по вполне понятным причинам. У нас плоская шкала подоходного налога. А если он в Великобритании платил 40%, это похоже на правду, потому что у них прогрессивное налогообложение. Если вопрос сводится к тому, почему у нас не прогрессивное налогообложение… Много лет нам объясняли, что это неправильно, все в тень уйдут. На мой взгляд, давно надо было постепенно переходить.

Бероева:

- Аршавин, если работает за границей, если ему платит западный клуб, то он там платит налоги, а не здесь.

Николаев:

- Я же не знаю, сколько дней он находится. Ты налоговый резидент Российской Федерации или нет? Что мы пытаемся догадки строить, он налоговый резидент сейчас или нет, он находится больше полугода в стране или нет?

Бероева:

- Еще один телефонный звонок. Владимир, здравствуйте.

- Игорь Алексеевич, все время говорят о повышении социальных выплат пенсионерам и пр. А с расходами? В последнее время сколько было повышений на продукты питания, особенно в прошлом году. Мне кажется, эти повышения доходов отстают намного.

Второй вопрос. Была информация, что у нас сейчас молочная продукция в магазинах заражена маститом.

Николаев:

- Я не по молочным продуктам. Я отвечу по поводу того, что расходы тоже увеличиваются. Тут возразить невозможно. Я говорил уже про индексацию тарифов естественных монополий. Государство на общий показатель инфляции может и должно влиять, но что касается тарифов естественных монополий, оно прямо устанавливает. И когда оно устанавливает их более высокими и потом забирает себе, чтобы в том числе расплачиваться и по социальным расходам, это непорядок. Я здесь только могу согласиться с тем, что если вы повышаете социальные выплаты, то надо соизмерять с тем, что происходит с уровнем инфляции. Но надо признать, что расходы растут, инфляция у нас была высокой, и социальная нагрузка в последние годы росла более высокими темпами, чем цены. Поэтому здесь все-таки был опережающий рост.

Бероева:

- Игорь Алексеевич, а что делать?

Николаев:

- Скажу еще один факт. Мы называли эти 18,2%. В советское время наибольший показатель был достигнут в 1991 году – 16,4%. Я не хочу сказать, что после рекордных показателей наступают совсем тревожные, страшные времена, обвалы. Но я думаю, что мы убедили радиослушателей, что это то, что должно внушать опасения. А что делать? Надо готовиться к тому, что линия, которую избрали, она будет реализовываться. В двух словах ее можно так сформулировать. Гражданам предложат в той или иной форме самим оплачивать те возросшие обязательства государства перед этими гражданами. И бизнесу предложат платить за это. То есть мы берем обязательства, а вы, пожалуйста, оплачивайте.

Бероева:

- Как я понимаю, страну разделили на две части: люди, которые получают социальные пособия, и те люди, которые платят налоги, для того чтобы эти пособия государство могло платить.

Николаев:

- Можно и так сказать.

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ