2016-12-09T12:53:08+03:00

Четверть века без Советского Союза: Какие управленческие ошибки были допущены?

Четверть века без Советского Союза: Какие управленческие ошибки были допущены?Четверть века без Советского Союза: Какие управленческие ошибки были допущены?

Обсуждаем с политтехнологом Андреем Колядиным в эфире программы «Вождь» на Радио «Комсомольская правда» [аудио]

Четверть века без Советского Союза: Какие управленческие ошибки были допущены?

00:00
00:00

Чесноков:

- Здравствуйте, люди. 25лет без СССР. 8 декабря 1991 года состоялись Беловежские соглашения, которые кто-то называет капитуляцией, кто-то, наоборот, прорывом вперед. И мы хотим задать вопрос вам, нашим радиослушателям: можно ли было сохранить СССР, чем были Беловежские соглашения – предательством или, наоборот, началом новой эры? И поможет нам разобраться в этом политолог Андрей Колядин. Андрей, перед тем как говорить о самих соглашениях, скажите, в какой ситуации тогда находился Советский Союз и его руководство, собравшееся там, - Ельцин, Бурбулис, Кравчук, Шушкевич и другие уважаемые люди?

Колядин:

- Это очень правильно. Причем нужно рассматривать не только политическую составляющую, которая происходила в канун беловежских событий, но и экономическую тоже. Потому что я тогда был достаточно взрослым человеком, был старшим редактором новостного блока государственного телевидения. Соответственно, я совершенно четко помню, что основное количество наших сюжетов было о том, что нечего есть, о том, что холодно, о том, что есть всякие проблемы с электричеством. Я скажу так, что это был шквал всяких неприятностей, который скручивался в очень упругую спираль.

Чесноков:

- По сути, гордиев узел.

Колядин:

- Да. Грозящую печальными последствиями для страны. Исходя из того, что мы были в журналистике, нам приходилось общаться с губернаторами, с хозяйственниками различными. И они были очень напряжены, мягко говоря. Поэтому события, которые предшествовали вот этому политическому катаклизму, они были не самые радужные, не самые лучшие, это нужно понимать. И все политики, находящиеся на территории СССР, сильно нервничали по этому поводу. Это одна часть.

Чесноков:

- Есть, наверное, еще какая-то?

Колядин:

- Есть вторая часть, которая говорит о жесткой конкуренции между Ельциным и Горбачевым. И понятно, что Ельцин раздражал Горбачева, потому что это был в то время не по возрасту, а по статусу молодой политик, который претендовал на достаточно серьезное влияние в стране, и он эту претензию постоянно высказывал. Его загоняли в угол, он оттуда вырывался самыми различными способами. В период с весны до конца лета, когда случился путч, Ельцин влиял на очень многие проблемы, на очень многие политические явления, которые происходили в стране. Я уж не говорю о самом путче.

Чесноков:

- Есть такая конспирологическая гипотеза, что якобы тот товарный дефицит, о котором вы говорите, дефицит денежной массы был создан искусственно, чтобы люди вышли на улицы и смели режим. Вы как такого рода домыслы оцениваете?

Колядин:

- Я думаю, что дефицит был вызван искусственно, но не для того, чтобы люди вышли и смели режим. Надо понимать, что ценообразование, которое происходило в то время, еще старое социалистическое ценообразование…

Чесноков:

- Плановая экономика.

Колядин:

- Да. Она слабо вписывалась в новые условия, в реальное потребление людей. Поэтому оптовые и розничные цены очень сильно отличались. Все конспирологические теории того времени надо немножко в сторону откинуть. Потому что конспирология не имеет никакого отношения к событиям, которые происходили в это время. Скорее всего, происходила растерянность, испуг, нежелание отстаивать свои позиции, с одной стороны, и желание отстаивать во что бы то ни стало свои позиции и стать руководителем какой-либо страны, пусть даже маленькой, - с другой стороны. Все это в совокупности привело к таким последствиям.

Чесноков:

- У нас на линии Владислав Николаевич.

- Я хочу сказать, что, во-первых, это была трагедия – как создание Советского Союза, так и развал. И первое, что развалило. Ни одно рыночное государство не развалилось. Развалилась Эфиопия (там Эритрея отсоединилась), развалилась Югославия, социалистическое государство, и Чехословакия. Рынок цементирует любое государство. Во-вторых, советскость обладает всеми признаками религии. Это была ложная религия, это была пародия на христианство. Я вам говорю это как православный христианин. Ложная религия, ложная идея развалит и Россию. Даже не Россию, а Российскую Федерацию. Это квазигосударство, оно развалится, так же как СССР. Она ничем не отличается.

Чесноков:

- С пессимистическими прогнозами выступает наш радиослушатель. Я хотел бы напомнить вопрос. Можно ли было спасти Советский Союз, и чем были Беловежские соглашения – прорывом в будущее или сдачей красной империи?

Нам пишут: «Надо было идти по китайскому варианту. Колхозы и совхозы еще работали. Кто пожрал-то всё в СССР?», «Я из города Лобня, могу на 100% подтвердить, что воинская часть в нашем городе уничтожала курицу и свинину вагонами. Те же военные говорили, что 13 воинских частей по приказу делали то же самое». Это к вопросу о товарном и продуктовом дефиците.

Андрей, скажите, эти элиты – Кравчук, Шушкевич, главы других уже обретавших самостоятельность республик, они не понимали, что придется резать по живому, что если они отделятся, то экономические цепочки будут порваны?

Колядин:

- Я думаю, не понимали. Потом уже, много раз анализируя прошедшую ситуацию, почти каждый из них, включая Ельцина, сказал, что если бы сейчас произошли те события, я бы так не поступил. Но в тот момент, очень много факторов говорит о том, что думали о сегодняшнем дне и решали этот вопрос сиюминутно. Даже если смотреть утверждение Верховным Советом Беловежских решений, всего час происходило это обсуждение. Час на развал громадной страны! Хасбулатов, который проводил это мероприятие, сказал, что мы должны принять это решение, чтобы сохранить страну. Даже в его мыслях было: переход на СНГ – это сохранение страны СССР. На самом деле получилось ровно наоборот.

Чесноков:

- Нам дозвонился Ибрагим.

- Я считаю, что к этому процессу надо относиться спокойно, объективные исторические процессы произошли. Поэтому надо спокойно относиться и делать выводы.

Чесноков:

- Перед 8 декабря 1991 года, как известно, был августовский путч. Вроде как Горбачев уломал союзные республики подписать Ново-Огаревские соглашения, где трансформировалась бы в такую мягкую конфедерацию с широкими полномочиями (ССГ). И вроде бы взяли верх путчисты, которые намеревались консервировать режим. Получается, что путч не только способствовал возвышению Ельцина…

Колядин:

- Напугал всех очень сильно.

Чесноков:

- То есть хотели, как лучше, а получилось наоборот.

Колядин:

- Да. 24 августа Украина принимает решение, что она будет самостоятельной страной. Соответственно, последующий референдум, который там прошел, показывает, что Украина хотела отделиться от СССР. Вопреки тем решениям, которые были весной на общесоюзном референдуме. Там несколько территорий не принимали участия: Прибалтика, которая уже начала отделяться за полгода до происходящих событий. И ситуация получилась такова, что путч, конечно же, всех напугал. Он спровоцировал события, ускоряться они стали очень быстро. Надо отметить, что когда говорят, что американцы были виноваты во всех событиях того времени, тот же самый Джордж Буш-старший, который приезжал 1 августа в Украину, он с трибуны настаивал на том, чтобы Украина вошла в состав ССГ.

Чесноков:

- Кстати, с республиканцами у России всегда были хорошие отношения, что интересно.

Колядин:

- Да. Горбачев потом вспоминал об этом, вспоминал посол в РФ, говоря о том, что мы всячески пытались помочь Горбачеву в его новациях. Но Горбачев оказался в этот момент не способен удержать власть под давлением Ельцина, под давлением тех исторических событий, которые происходили на территории, в какой-то степени сломался. Или, наоборот, его внутренняя порядочность, нежелание допустить крови привели к тому, что в результате страна прекратила свое существование, и мы имеем то, что имеем. Кстати, я согласен с Ибрагимом, что пересматривать такие исторические события на предмет того, «что бы было, если», бессмысленно, потому что история не имеет сослагательного наклонения. Что бы было, если бы Фердинанда не убили в Сараево? Что бы было, если бы Гитлер не родился? Мы этого не можем предсказать.

Чесноков:

- Тем не менее, анализировать эти события можно и нужно, и вырабатывать некую общественно-приемлемую оценку для них. Нам дозвонился Александр.

- Александр, Белгород. Все происходило на моих глазах. Я переживал всю эту ситуацию. Рухнул Советский Союз, он рухнул потому, что рухнула коммунистическая идеология. Никто не хотел уже верить в идеи партии, все смотрели на Запад, все ждали демократии, свободы, предпринимательства, торговли и т.д. Рухнула идеология и, как следствие, развалился Советский Союз.

Чесноков:

- Вот смотрите, мемуары Кравчука: «Мы – Ельцин, Кравчук и Шушкевич, собрались в Беловежской пуще, чтобы обсудить вопросы поставки нефти и газа на Украину и в Белоруссию». Из мемуаров Шушкевича: «Даже собираясь в Беловежской пуще, мы изначально не намеревались принимать решение о выходе из СССР». Они действительно ничего не понимали?

Колядин:

- Да, у них даже ручки не было, чтобы подписать. Искали ручку, для того чтобы подписать эти соглашения. Это отчасти спонтанный вопрос, вызванный исторической объективностью. Опираясь на предыдущее включение нашего слушателя, могу сказать, что это была одна из причин. Потому что партия, как это ни странно, цементировала эту общую реальность. Потому что это было государство в государстве.

Чесноков:

- Руководящая и направляющая сила.

Колядин:

- Все основные хозяйственные решения принимались там. Поэтому когда развалилась партия, исчезли достаточно серьезные скрепляющие взаимоотношения. Плюс к этому армия, которая объединяла до этого более 4 миллионов человек на территории СССР, вдруг в этот момент начали армию потихонечку распускать, сказали, что вы можете иметь собственные армии на территориях. И парад суверенитетом…

Чесноков:

- Да, берите столько суверенитета, сколько хотите, - бессмертная фраза Бориса Николаевича.

Колядин:

- Могучий КГБ, в трепет приводящий всех. Это организация, которую неожиданно стали распускать к этому времени. Она тоже проникала на все территории, тоже скрепляла. То есть начали раз за разом рушиться основополагающие столпы, на которых держалось прежнее государство. Соответственно, когда оно ослабло, принять такое решение стало намного проще.

Чесноков:

- Нам дозвонился Виктор.

- Мое мнение такое, что Советский Союз был большой страной. В конечном итоге Россия за все расплачивалась. Советский Союз всё построил в каждом союзном государстве – заводы и т.д. Почему Россия расплачивалась за все долги, которые были? Как-то надо было делить на всех, наверное.

Чесноков:

- Андрей, я открываю этот договор, текст Беловежского соглашения. Там написано, что собрались Республика Беларусь, Российская Федерация и Украина как государства-учредители Союза ССР в 22-м году, тоже, кстати, в декабре. Потом открываем договор об образовании СССР. Там был еще один, четвертый учредитель. Это Закавказская федерация так называемая, которая состояла из республик ЗакавказьяАзербайджана, Грузии и Армении. Получается, что авторы беловежского документа не имели легитимного права его подписывать, потому что четвертого участника не было.

Колядин:

- На самом деле там много было ошибок. Почему на Верховном Совете это все утверждалось, хотя это должен был съезд народных депутатов утверждать? Почему именно три государства приняли это решение? Но это стечение исторических обстоятельств в том числе. Вообще рассказывают байку (я, конечно, не был этому свидетелем), что место, где подписывались Беловежские соглашения, оцеплялось спецназом. Спецназовцы ждали команды, для того чтобы всех задержать. Мол, Горбачев не принял такого решения. Байка это или не байка, но она отражает суть тех событий, которые происходили тогда. Горбачев имел возможность несколько раз этот процесс остановить, и он этого не сделал. При этом он говорил, что я выступаю за СНГ, я не хочу развала страны, но он только говорил, а у него была возможность сделать.

Чесноков:

- Нам дозвонился Рамазан.

- Для меня развал Советского Союза это трагедия вселенского масштаба и результат откровенно ничтожного предательства нашей верхушки. Но, как известно, у каждой трагедии есть конкретные фамилии. На сегодняшний день один из этих фигурантов жив, второму, для меня абсолютному ничтожеству, установили какой-то мемориал в Екатеринбурге, вбухали туда 7 миллиардов рублей.

Чесноков:

- Вы про Ельцин-центр сейчас?

Рамазан:

- Да, совершенно точно. Напоминаю, что Российская Федерация является правопреемницей Союза Советских Социалистических Республик, а не Российской империи, той, которая была. Потому вопрос к современному руководству: когда же, наконец, настигнет кара для предателей, и почему существует мемориал предателю и проходимцу?

Чесноков:

- Этот вопрос мы, наверное, переадресуем Андрею Колядину. Вообще правомерны ли столь жесткие формулировки, поиски предателей?

Колядин:

- Я думаю, что они правомерны в одном случае. Если проводится соответствующий суд и выносится решение. Потому что история полна сюрпризов, полна самых неожиданных решений. Если взять любую историческую личность, то исторические личности были очень спорные. Я уж не говорю о крестителе Руси Владимире, Иоанн Грозный и все остальные. В их времена были серьезные эпохи перемен, они и позитивно оцениваются самыми различными слоями населения, и негативно другими слоями. Поэтому говорить о том, что мы должны в студии сейчас потребовать, чтобы снесли Ельцин-центр, закрыли ельцинские библиотеки и предали его анафеме, наверное, мы не вправе этого делать. История будет судить. Я могу сказать, что те события все-таки открыли новую эпоху, и то, что сейчас происходит в нашей стране и происходило в последние 20 лет – и приход Путина, и развитие нашей страны, это отчасти продолжение тех самых событий. И неизвестно, как бы все развернулось, если бы было по-другому.

Чесноков:

- Читаю статью 6 тех самых Беловежских соглашений: «Государства стремятся к ликвидации всех ядерных вооружений, всеобщему и полному разоружению под строгим международным контролем». Мне кажется, что это очень напоминает геополитическую капитуляцию. А вы как считаете?

Колядин:

- Бесспорно, это напоминает геополитическую капитуляцию. Однако, как вы понимаете, это реализовано не было. Там много всего странного – и объединение при особых условиях, и у Горбачева была очень интересная трактовка объединения в новую сущность, в новый Советский Союз. Когда та же самая троица задавала ему вопрос, как это будет происходить, что это такое, новое объединение, то Горбачев не смог этого объяснить. Потому что сущность всех была – перетянуть одеяло на себя. В одном случае сделать такое федеральное государство, в котором каждый член мог бы нивелировать действия РСФСР во главе с Ельциным, ставить блоки в его каких-то инновациях и ограничить его власть.

Чесноков:

- Что-то наподобие современного Евросоюза.

Колядин:

- Да. А с другой стороны, Ельцин, который не хотел, чтобы его ограничивали. Он как человек авторитарный хотел быть правителем страны, пусть она будет меньше, но он будет ею руководить. И это сопротивление двух персон привело к тому, что закончилась та самая эпоха, которая называлась Советский Союз или СССР.

Чесноков:

- Да, бонапартистские замашки Ельцину были не чужды. Но люди-то искренне считали, они голосовали на референдуме за СССР, они считали, что СНГ будет то же самое, как СССР, только по-другому называться. Получается, людей обманули?

Колядин:

- Депутаты так считали.

Чесноков:

- То есть не последние люди, которые вроде как информированы.

Колядин:

- Депутаты, голосующие за данное событие, ратифицирующие Беловежские соглашения, они считали, что будет продолжение, ничего страшного не произойдет, ну, отвалились некоторые республики, но все продолжится несколько в другом раскладе…

Чесноков:

- Да, всё будет, как при бабушке.

Колядин:

- Да. Соответственно, когда получилось не так, а все начали забирать максимальное количество власти на себя, когда власть лежит, каждый поднимает столько, сколько надо. Создавать свои армии, хотя Союзное государство предполагало, что армия будет одна. Создавать свои политические системы, хотя предполагалось, что политическая система и МИД будет один.

Чесноков:

- Единый парламент, как в Европе – Европарламент.

Колядин:

- Да. Тем не менее, видите… И постепенно эта идея, которая в голове у каждого была, о том, что останется прежнее могучее государство, она развалилась, рассыпалась, как карточный домик. Это даже мир удивило, потому что он был не готов к этому.

Чесноков:

- Это мне напоминает знаменитое выражение великого русского философа Василия Васильевича Розанова, сказанное имя, кажется, в 18-м году: «Империя слиняла в три дня». Это он о Российской империи говорил, но вообще и к советской империи это его высказывание применимо тоже.

Колядин:

- Это одна из самых распространенных форм исчезновения империй: сияет, сияет, а потом - раз, и прекратила свое тысячелетнее существование Римская империя и потом следующие империи.

Чесноков:

- Нам дозвонился Юрий. Чем были Беловежские соглашения?

- Предательством. Я хочу поправить Рамазана. Рамазан, ты сказал, что один предатель жив. Нет, не один. А еще жив Шушкевич, а еще Кравчук. Они и подписывали Беловежские соглашения. Так что не одна еще сволочь жива.

Теперь то, что еще один дозвонившийся говорил – квазигосударство, все развалились. А вот Польша, Румыния, Болгария тоже были социалистическими, но они не развалились, потому что они были мононациональными и остаются таковыми. И никогда они не развалятся, каким бы курсом они ни шли. А вот Чехословакия не развалилась, но мирно разошлась на Словакию и Чехию. А вот Украина – это квазигосударство, и отваливаются от нее территории. Вот Крым отвалился, вот Донбасс отвалился, и Галичина отвалится, это только вопрос времени. А вот Россия – это не квазигосударство, это исторически сложившееся государство. Но есть опасность, что она может развалиться. Если она развалится, то чем будет, например, Якутия – великим государством со своими алмазами? Да сейчас! Якутия будет колонией – японской, китайской, английской, американской. И якуты забудут, что они якуты, они будут разговаривать не на своем языке, а на том, на котором им прикажут. Так что пусть они молятся, что они в России, и пусть за Россию молятся.

Чесноков:

- Зачитаю сообщения, пришедшие к нам. «Беловежский сговор – это преступление. Распад империи всегда сопровождался войнами, и не только внутренними», - пишет Татьяна из Жуковского. Другой наш радиослушатель пишет: «В 91-м 148 млн. населения, и падало до 2004 года, до 143 миллионов, то есть 5-миллионная убыль за 13 лет. Вопрос о предательстве, мягко говоря, риторический». Еще одно сообщение: «Для меня распад СССР трагедией не стал. Меня от коммунистической идеологии тошнит». «Можно и нужно было спасти, вплоть до жестких антикризисных мер – чрезвычайное положение, диктатура». Андрей, что вы скажете?

Колядин:

- Знаете, пробовали ведь спасти. Когда Литва объявила о выходе из состава СССР, то туда вводились войска. Вы помните, чем это закончилось? Несмотря на пролитую кровь, республика перестала быть республикой в составе СССР, а потом к ней присоединились в течение очень короткого времени две соседних республики, которые стали отдельными государствами. Поэтому надо понимать общую слабость, развал армии, развал идеологии, уничтожение спецслужб. Это была такая тотальная слабость государства, еще вспышка, связанная с путчем, после которого остальные республики побежали. И надо понимать, что это событие происходило не сейчас, не когда государство мощное, когда есть вертикаль власти. Еще были некоторые такие соображения по поводу того, участвовать или не участвовать в союзном договоре, у внутренних наших республик. И Татарстан торговался, и Башкирия торговалась, и Якутия торговалась тогда. Причем все были убеждены, что будет хорошо – вот они выйдут и засияют: зачем нам кормить Россию? Что, Украина была в этом не убеждена? Выяснилось, что все-таки это было единое экономическое пространство, и действовать отдельно от этого экономического пространства и получать прибыль оказалось для большинства стран невозможным. Но это поняли потом, мы все сильны задним умом.

Чесноков:

- Свобода означала лишь вариацию лечь под нового хозяина, как в случае с нашими западными соседями – Прибалтикой, Украиной, Грузией.

Колядин:

- Да и Россия тогда была должна столько, что неизвестно было, как она выкрутится из этого.

Чесноков:

- Нам дозвонился Олег.

- Все эти события, конечно, страшная трагедия. Я хочу напомнить слова нашего великого русского патриота Ивана Ильина. Он сказал: «Коммунизм, конечно, когда-то падет. Если к власти придет антирусская, антинародная диктатура, то кровь будет литься десятилетиями, будут откалываться государства и страны, будет страшная резня». Поэтому, господа, мы можем восстановиться как православная монархия, именно священная империя. Мы Третий Рим, и об этом не надо забывать. А предательство пошло уже очень давно, с убийства Сталина. Помните, Кузнецов, Вознесенский, Жданов убиты, потом дальше пошло. Первый секретарь Белоруссии Машеров убит, Кулаков убит. Такие люди прекрасные, патриоты. Романова дискредитировали. Потом дело Гдляна, потом пошла ликвидация МВД, Щелокова, потом дальше. Зачистка шла по всем фронтам. И, как сказал последний премьер-министр Советского Союза Павлов, «в конце 80-х пятая колонна взяла все управление в стране, мы ничего не могли сделать».

Чесноков:

- Подписание Беловежского соглашения. Понятно, что тот же Кравчук, президент тогдашней Украины (кстати, буквально за неделю до того занявший этот пост), готов был на все. Он был готов не то что подписать соглашения о бессрочном базировании Черноморского флота или даже передать флот полностью России, а не делить. Я убежден, что если бы на него надавить, то он бы и Крым мог отдать. Можно ли было тогда договориться, например, Ельцину, у которого были, безусловно, бонапартистские замашки? Договориться на более приемлемых условиях раздела, чтобы долги поровну считали, например.

Колядин:

- Конечно, можно. Но решалась сиюминутная задача. Эта сиюминутная задача так затмила разум, что не думали ни о каких… Долгосрочного планирования не было, надо было выжить сегодня. После всех событий, которые обрушились на наше государство, после всех путчей, экономических потрясений и всего остального нужно было срочно получить в руки власть, для того чтобы этим государством управлять. Поэтому не думали о том, что будет через год, через два, через десять. Никто не думал даже о том, что мы расходимся, и это будут совершенно разные сущности. Никто не мог предположить, что случится то, что случилось сейчас. Два дружественных единых народа славянских, российский и украинский, сейчас не сильно дружат между собой.

Тогда можно было решить что угодно, но об этом просто не думали. Разделить очень легко, развестись очень легко, чашку разбить очень легко. А вот для того чтобы объединиться, необходимы дополнительные обстоятельства и желание к этому объединению. Должны быть экономические предпосылки этого объединения. Если войдет могучее государство вместе с государством, которое находится в другом экономическом развитии, то могучее государство немножко слабее становится оттого, что часть ресурсов перекидываются туда. А если это вторая, третья, четвертая республика? Вы же помните, как в Советском Союзе было? В каком-нибудь Куйбышеве невозможно было купить продуктов, а в той же самой Украине эти продукты лежали совершенно спокойно.

Чесноков:

- Грузия сказочно богато жила.

Колядин:

- Они все были убеждены, что так будет всегда.

Чесноков:

- И что они как раз кормят Москву, а не наоборот.

Колядин:

- Да. Каждый человек предполагает, что он самый главный во всех общественных процессах, и если что-то вокруг происходит хорошее, то именно благодаря ему.

Чесноков:

- Нам дозвонился Андрей.

- Я считаю, что можно и нужно восстановить Советский Союз, кроме трех прибалтийских республик. Я думаю, Союз собрать не составляет никакой проблемы. Нужна просто твердая воля и какие-то планы развития этого Союза.

Чесноков:

- Степан из Ставрополя пишет: «Нет, не нужно умершего воскрешать, нужно Россию любить и развивать». К нему присоединяется Сергей: «Восстановить нельзя, так как элиты, сидящие у кормушки, не дадут. Да и не надо, Боливар не выдержит».

Андрей, вы уже назвали несколько уроков - что нужно планировать, что нужно думать об экономическом измерении чего угодно. Но можно ли утверждать, что Китай, пристально наблюдая за нами, такие уроки извлек?

Колядин:

- Я думаю, что не только Китай, извлекли очень многие страны. Имеются в виду те страны, которые находятся в публичном геополитическом пространстве, которые наблюдают за тем, что происходит в других государствах. Я не могу сказать, что это помогло. Потому что процессы эти были объективны. Но я могу сказать, что если мы не сделаем из этого выводов на будущее… У нас еще очень большая страна, и развалиться ей возможно на многие территории, и это будет очень печально, если это случится. Поэтому надо все-таки не допускать той самой ситуации, когда рушатся вертикали, собирающие в единое целое, когда появляются политические лидеры, которые готовы ради того, чтобы управлять маленькой страной, развалить большое образование. Поэтому нужно просто делать выводы и быть осторожнее. И не надо ничего собирать заново, дважды в одну и ту же реку не войти.

Чесноков:

- Самый главный вопрос, к которому я вел. В 17-м году Российская империя рухнула, но уже всего через 5 лет она восстановилась, несколько не в тех, но в сопоставимых границах (без Финляндии, без Польши, но почти в тех же самых границах). Возможно ли, что СССР, может быть, под другим названием, с совершенно другой общественно-экономической формацией, может быть, в другой конфигурации границ, но восстановится?

Колядин:

- Пути господни неисповедимы, но это случится не в ближайшие десятилетия.

Чесноков:

- Я был уверен, что на моем веку Крым не вернется в родную гавань, а он вернулся.

Колядин:

- Вы понимаете, что Крым по силам нашей стране. Но если к нам присоединится еще десяток стран, которые потребуют инвестиций (а Россия всегда инвестировала в развитие дружественных нам территорий), то я боюсь, что в нынешней экономической ситуации Боливар не вынесет десяти новых республик. Поэтому будем ждать более благоприятных времен, а главное, желание этих народов объединиться вновь. Это очень важно.

Чесноков:

- Благодарю вас. Понятно, что нельзя цепляться за прошлое. Киевская Русь канула в Лету, нет больше Российской империи, приказал долго жить Советский Союз, да и Россия нынешняя с Крымом в своих границах очень сильно отличается от того, что было еще 10 лет назад. Я считаю, что прошлое это хороший багаж, чемодан без ручки. Да, именно чемодан без ручки, и можно его таскать с собой, а можно хранить в заветном шкафу, открывать его, доставать футболку с олимпийским мишкой, умиляться открыткам из СССР, учить уроки, которые преподал нам распад Советского Союза, и любить свою страну. И помнить, что все в нашей стране зависит от нас, потому что страна эта наша.

Подпишитесь на новости:

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ