2020-02-03T01:33:35+03:00

Дневник стюардессы: Пассажиры напиваются в хлам, а экипаж зарабатывает на блатняке

Экс-бортпроводница крупной российской авиакомпании написала юмористическую книгу о своих похождениях
Поделиться:
Комментарии: comments69
Экс-бортпроводница крупной российской авиакомпании написала юмористическую книгу о своих похожденияхЭкс-бортпроводница крупной российской авиакомпании написала юмористическую книгу о своих похожденияхФото: Shutterstock
Изменить размер текста:

С разрешения издательства «Эксмо» публикуем отрывки из первой и второй частей книги «Дневник стюардессы» Елены Зотовой.

«Привет, друзья! Меня зовут Елена. Семь лет я отработала бортпроводником. Это безумно интересная профессия. Давно уже не летаю, но скучаю по той работе. Мне по-прежнему снятся аэропорты, пробежки через заснеженное летное поле, подъемы на рейс в пять утра и приветствие по громкой связи: «Добрый день, уважаемые дамы и господа! Экипаж рад приветствовать вас на борту самолета, выполняющего рейс...» А за годы полетов накопились сотни веселых, интересных и нелепых историй.

Контрабанда

Одним из дополнительных вариантов заработка была перевозка в Россию всяких вещей. Из Китая везли чай, из Гонконга айфоны и прочие интересные девайсы, из Токио - мраморное мясо и приблуды для японских ресторанов. Платили за это в те времена 10 - 15 долларов за килограмм.

С таможней все полюбовно решалось - таможня давала добро. Исключением были внезапные проверки вышестоящего начальства. В этих случаях милые Васи, Пети, Саши, забыв про коньяк из дьюти-фри и свой маленький гешефт, делали морды кирпичом, потрошили чемоданы и предоставляли тебе возможность выпутываться самостоятельно.

Сидим в командировке в Лос-Анджелесе. Звонят, предлагают сто килограммов женского нижнего белья на перевозку. Тема хорошая. Берем! Бригадир, необъятная женщина предпенсионного возраста, по закону дедовщины забивает за собой 20 килограммов. Летчики скулят, требуют себе тоже, «хотя бы что-то, а то по кредиту платить скоро».

Летим на Родину. На таможне нас встречают злорадными улыбками. «А у нас проверка! Чемоданы на стол! Если везете что-то на бизнес - сдавайтесь сразу». Мы невозмутимо отвечаем, что понятия не имеем, что такое «на бизнес». Всей бригадой напоролись на распродажу нижнего белья, набрали для себя, для семьи, везем, имеем право.

Ну ок. Первый чемодан - бригадира. Вскрывают непрозрачную пленку, и оттуда - водопад белья из секс-шопа. Трусы, костюмы для ролевых игр, вообще хрен знает что. Причем, кажется, из секс-шопа для извращенцев и секс-меньшинств.

Они сыплются и сыплются на стол к таможне, на пол. И не заканчиваются никак.

Ханжеского вида таможенники стоят цвета свеклы. У нашей бригадирши первые признаки апоплексического удара.

Первым пришедший в себя начальник смены достает из вороха костюм медсестры размера XS и задумчиво прикидывает его к нашей необхватной тете.

«Чёт размерчик не ваш» .

«Та не, это не себе. Это я дочкам купила!»

И жалобно так: «Они у меня хуууденькие!»

Нетрезвый рейс

Рейс был действительно сложным. Самолет зафрахтовал фан-клуб «Спартака», и футбольные болельщики летели на игру своей команды с мадридским «Реалом». Все двести пассажиров самолета - одни мужики. Сказать, что все были пьяны, - неправда. Половина были пьяны. А вторая половина - просто в умат. Минут через 15 после взлета из туалетов отчетливо потянуло запахом травы. И вся эта публика жаждала развлечений.

Так и воспринимался каждый выход меня и моей напарницы. Мужики ставили подножки, пытались приобнять, усадить к себе на колени. Фразу «А вашей маме зять не нужен?» я слышала от каждого второго, кто еще мог говорить. Каждый пятый практиковался в остроумии на тему секса со стюардессой в туалете самолета. Один раз предотвратив забаву под названием «А давайте раскачаем самолет», наш бригадир перекрестилась и сказала, что такого еще не видела, разбирайтесь сами...

Кульминация наступила, когда мы с тележки раздавали чай и кофе. Я шла спиной. Разумеется, ко мне сзади приклеился очередной вглухую обкуренный юморист. Он наглядно демонстрировал те позы Камасутры, которые мог бы повторить со мной... После очередного толчка по руке и расплесканной чашки терпение мое лопнуло. Я повернулась к «жениху» с кофейником. Глаза у него были пустые-пустые. Я, глядя в них, начала тихо лить кофеечек на надоевшего приставалу. Салон ахнул. Температура напитка была близка к кипению. Это ж насколько человек был «под наркозом», что даже не поморщился. Салон как-то одномоментно протрезвел.

Я повернулась к достопочтенной публике: «Ребята! Я уважаю ваше желание повеселиться. Но это желание задевает и меня, и весь наш экипаж. Вот что бы вы сделали с незнакомым мужиком, который будет развлекаться так с вашей сестрой? Или невестой?»

Повисла пауза.

В следующий наш выход один из самых трезвых нахалов попросил прощения за произошедшее. Поинтересовался, может ли он нам с девочкой подарить какой-нибудь парфюм в качестве, так сказать, компенсации. Весь салон зашумел, что, мол, и они, и они... Контейнер с товарами беспошлинной торговли был распродан подчистую. Кому не хватило парфюмерии, покупали и дарили нам все, что осталось: наушники, игральные карты, мужские дорожные наборы... Пошли тосты за женщин, жен и матерей. И поплыли над головой пассажиров стаканчики с виски, передаваемые в другой конец салона...

Оранжевый уровень опасности

Расскажу про самый, скажем так, опасный полет в США. Рейс на Вашингтон в годовщину 11 сентября. Где-то за час до прилета наш самолет заставили снизиться. Всех пассажиров усадить, пристегнуть. Мы сначала не поняли, что за ерунда такая. Народ зашумел, но недолго - до тех пор пока не открыли шторки у иллюминаторов и не увидели картину маслом: с обеих сторон наш несчастный «Боинг» сопровождали истребители. Американских ВВС. И так близко они летели, что видны были даже лица летчиков. Я помахала одному, самому симпатичному, но он что-то не отреагировал. Заерзал и начал что-то докладывать в микрофон. Зато отреагировал наш командир. Позвонил к нам на кухню и голосом, не предвещавшим ничего хорошего, сообщил, чтобы не выпендривались. Пассажирам пристегнуться. Кто не успел добежать до кресла, пусть плюхается на пол и ползком, ползком... Чтобы через иллюминаторы не было видно движения. Ибо истребители летят не просто так. А с подозрением, что наш самолет захвачен террористами. 11 сентября - оранжевый уровень опасности. Американцы сопровождают все самолеты при подлете к территории США. Наш им показался самым подозрительным. Уж больно странно пассажиры передвигаются по салону, еще и кто-то из бортпроводников махал, видимо, сигналя, что у нас проблемы. И если хаотичное движение в кабине не прекратится прямо сейчас, нас собьют. Имеют на это право. А с той дурой, что махала руками в иллюминатор, он отдельно разберется. В Вашингтоне. Если долетим, конечно.

Мы озвучили информацию пассажирам по громкой связи. Повисла пауза. Пассажиры у туалетов писать перехотели. Неуклюже начали приседать и в позах зю, на корточках, пробираться к себе на места...

И тут мертвую тишину прорезал рык: «Ну чё? Спал я? Когда прилетим? Да пропусти меня, мне вещи взять с багажной полки, и в туалет хочу! Руки убери!»

Это проснулся пассажир, которого нам в алкогольной коме загрузили в «Шереметьево». Проходя мимо спящего, мы обращали внимание на полустертые татуировки на его свесившейся руке: буквы ЛОРД на пальцах, восходящее солнышко и милого кота в сапогах*.

И вот это тело проснулось и ракетой взмыло вверх. На фоне полной неподвижности остальных пассажиров это выглядело страшно. Настолько страшно, что весь салон как по команде резко наклонил головы вперед, к коленям, и зажал уши руками...

И вдруг откуда-то с заднего ряда раздался старческий голос: «Слышь, братишка! Не кипишуй!» Дальше следовало несколько фраз, которых мы, в силу отсутствия специфического опыта, разобрать не смогли. Спина вставшего героя замерла. Потом дернулась, как будто пуля попала между лопаток, и наш бывший пьяный с солнышком сполз обратно в кресло.

Откуда шел голос? Ага. Предпоследний ряд. Милейший дедулечка, профессор в золотых очках. Закончив тираду, снова закрыл глаза и продолжил дремать. Так мы долетели до Вашингтона...

После посадки увидела горящий сигнал над креслом дедули. Он просил стаканчик водички.

- Спасибо вам! - сказала я, подавая деду минералку. - Как здорово вы этого уголовника! Бежал, как заяц. Даже не оглянулся.

- Да что ты, дочка. Пустое! - блеснул очками дед и протянул за стаканом руку. Сухенькую руку в синих перстнях...

*Значение татуировок: ЛОРД - «легавым отомстят родные дети», кот обозначает карманника, восходящее солнце - стремление зека к новой жизни или что удалось избежать очередного заключения.

Наколотые перстни на пальцах - преступник-рецидивист. Число перстней может говорить о количестве судимостей.

А БЫЛ ЕЩЕ СЛУЧАЙ

Как выручают песни Кати Огонек

«Девочка-стажерка рассказывает про 90-е. Летели в Цюрих. Она с инструктором впереди. В салоне бизнес-класса всего один пассажир. Солидный мужчина в костюме с депутатским значком. Выпил коньячку. После того как бутылка закончилась и откупорили вторую, петь начал. Так случилось, что в одной из песен слова забыл, а стажерка шла мимо и на автомате подсказала слова: это была песня Кати Огонек.

Мужик так расчувствовался, что предложил стюардессе выпить и спеть хором. Она к инструктору: так, мол, и так. Инструктор вскипела: «Ах он гад! Но знаешь что, детка. Этот пассажир у нас суперVIP. Какой-то депутат... Вдруг нажалуется на нас? Ты, это, конечно, не вздумай пить с ним или петь. Иди, постой там рядом...»

Так девочка до конца полета в караоке и играла. Напоследок он вручил девочке две штуки швейцарских франков. Сказал, что давно так душу не отводил.

А я после рейса заехала в палатку с кассетами. Выяснить, кто же такая Катя Огонек, и купить пару сборников, чтоб выучить слова песен. А то вдруг пригодится на рейсах в Лондон, Ниццу, Цюрих и Женеву

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также