2019-05-28T13:21:23+03:00

Ложь во спасение… кого?

Фиктивное импортозамещение – диагноз группы СТАН или средство спасения ее бенефициара?
Поделиться:
Комментарии: comments8
Изменить размер текста:

13 мая 2019 года в рамках посещения Казанского авиационного завода имени С.П. Горбунова президенту России Владимиру Путину был презентован станок производства группы СТАН.

О возможностях станка президенту поведал Максим Гущин: «Очень точный станок, на 15 метрах, чтобы вы понимали, держит 20 микрон, это в два раза тоньше, чем человеческий волос», – и поверг этим в шок станкостроительное сообщество, поскольку достигнуть на таких длинах обработки такой точности сегодня не под силу даже признанным мировым грандам станкостроения.

Модель станка, к сожалению, озвучена в СМИ – а, возможно, и президенту страны – не была. Что ж, попробуем собрать по крупинке доступную информацию – что же это за чудо-станок, по утверждению Гущина, появился на заводе в рамках «масштабной программы импортозамещения»?

Хотя на снимках визита президента видна лишь часть станка – идентифицировать его можно.

Самый простой путь – откроем сайт госзакупок. Изучаем закупки ПАО «Туполев», филиалом которого является Казанский авиационный завод имени С.П. Горбунова – и обнаруживаем сведения о закупке №31704764690, результатом которой явилось заключение договора №7057/Д (Z) от 27.03.2017, предметом которого явилась в том числе закупка фрезерного обрабатывающего центра портального типа СК6П 500 CNC ценой в 318 833 503,03 руб. со столом – местом для закрепления обрабатываемой детали – длиной в 15 000 мм, шириной в 3 000 мм и толщиной в 300 мм.

Возможно, это он? – по крайней мере, ширина части стола, попавшая на фото в СМИ, вкупе с рассказом Гущина о длине обработке позволяют это предположить. Но – если это так – то нас ждет первое разочарование: точность позиционирования по всем осям составляет 20 микрометров – но на 1 метр, а не на 15, как поведал президенту Гущин. Что тоже, безусловно, достойно – хотя уже не сенсационно; будем считать, что хозяин группы СТАН просто переволновался и забыл добавить «на метр» – хотя недоговорка выглядит симптоматично и наводит на нехорошие мысли о том, что председатель комитета по тяжелому машиностроению и станкостроению «Деловой России» не имеет элементарного представления о том, как определяется точность станков.

СТАН – компания современная, потому на ее страничке – пусть и не в совсем патриотичном Фейсбуке – обнаруживается пост от 15 октября 2018 года «Портальные обрабатывающие центры СТАН готовы к сдаче», на фото к которому запечатлен станок, крайне похожий на показанный в Казани президенту. Правда, к посту есть любопытный комментарий: «А поперечина не из Италии приехала? ))» с не менее любопытным ответом СТАН – «Да, действительно из Италии. Для первичных экземпляров используем опыт зарубежных коллег. В дальнейшем перейдем на российские аналоги».

Ответ особенно любопытен – с учетом того, что в самом посте заявлено, что «Станки разработаны и произведены на заводе СТАН в Коломне». Ну, что ж – возможно, что СТАН был вынужден по какой-то причине заказать одну-две детали в Италии по своей конструкторской документации и сделать с их применение в Коломне свой станок. Бывает и такое – хотя не очень понятно, почему именно Италия и почему именно поперечина – на техническом языке именуемая траверсой – одна из ключевых деталей станка портального типа, от точности изготовления и монтажа которой зависит конечная точность движения фрезы – и, соответственно, итоговый результат обработки.

Завод СТАН в Коломне называется АО «Станкотех» – он и указан как производитель станка СК6П 500 CNC в договоре ООО «СТАН» с ПАО «Туполев». Ищем дальше – и в недрах всемирной паутины находим странный документ – декларацию о соответствии ЕАЭС N RU Д-IT.ВЯ01.В.24360 (документ, необходимый для таможенного оформления ввозимого в Россию товара), действующую с 10 апреля 2018 года по 09 апреля 2019 года и выданную Заявителю – АО «Станкотех» – в целях ввоза в Россию серийно выпускаемого импортного металлообрабатывающего оборудования – центра вертикального фрезерного обрабатывающего, с числовым программным управлением модели «ATLAS VISION UG» производства фирмы Innse-Berardi S.p.A из города Брешия в солнечной Италии.

Быть может, речь идет о каком-то другом станке?

Ищем информацию о фирме Innse-Berardi S.p.A – она оказывается частью станкостроительного дивизиона машиностроительного холдинга Camozzi Group, и на ее сайте обнаруживается презентация с фотографией высокоскоростного станка ATLAS VISION (л.18) – точь-в-точь совпадающего по виду со снимками станка СК6П 500 CNC в цехе АО «Станкотех», опубликованными группой СТАН.

Как следует из данных таможенной статистики, на 31.01.2019 между Innse-Berardi S.p.A как продавцом и АО «Станкотех» как покупателем было совершено 29 торговых операций – в массе своей по приобретению частей и принадлежностей к станкам на суммы в 200,00-500,00 тысяч долларов США.

При этом по ГТД 10113094/160418/0006410 был завезен… центр вертикальный фрезерный обрабатывающий, с числовым программным управлением модели «ATLAS VISION UG», поставляемый как «незавершенный обрабатывающий фрезерный центр, обладающий главными существенными признаками завершенной машины», состоящий из поперечины (траверсы) в комплекте с кабельными цепями и кабельными опорами и приводами, являющейся базовой частью станка, длиной 8 725 мм, каретки высотой 3 500 мм, ползуна с внутренней коробкой передач в комплекте с кабельными цепями и серводвигателем, главным приводом, главным шпинделем, пневмо- и гидросистемами, станцией смазки на 42 точки, двигателей и редукторов по всем осям… Общая масса завозимого оборудования составила почти 38 тонн, а таможенная стоимость составила 101 576 385,15 руб., сверх которых импортер уплатил 30 292 263,08 руб. таможенных пошлин и сборов.

Таким образом, группе СТАН в лице АО «Станкотех» завезенный незавершенный – но со всеми основными определяющим возможности и основную стоимость частями – итальянский станок «ATLAS VISION UG» обошелся в 131 970 145,23 руб.

Затем внутри АО «Станкотех» он чудесным образом превратился в российский станок СК6П 500 CNC, за который ООО «СТАН» получило от ПАО «Туполев», напомним, 318 833 503,03 руб. – на 186 863 357,80 руб. больше, чем потратило АО «Станкотех». Безусловно, последнее понесло затраты на изготовление массивных, но не слишком ответственных деталей – по чертежам разработчиков-итальянцев, но вряд ли они могут хоть как-то оправдать такую наценку.

Еще одна любопытная деталь – в таможенной декларации указана точность позиционирования по осям в 15 микронов на метр, из чего следует, что при досборке станка в АО «Станкотех» отечественные станкостроители, добившиеся 20 микронов на метр, смогли только ухудшить достигнутые итальянским разработчиком-производителем показатели точности.

На сайте самого СТАН информация обо всем модельном ряде станков СК6П-CNC (они же СТЦ Ф250+) находится одновременно в разделах «Тяжелые фрезерные обрабатывающие центры» (дата изменения – 08.06.2017), «Пятикоординатные фрезерные обрабатывающие центры» (дата изменения – 23.07.2018) и «Портальные обрабатывающие центры» (дата изменения – 08.06.2017) – причем в первых двух случаях информация размещена в один и тот же день, содержит одинаковое основное изображение станка, но разные его технические характеристики, а в разделе «Фото и видеоматериалы» во втором случае имеются дополнительные фотографии в том числе и того, что было показано президенту под видом станка СК6П 500 CNC; в во втором и третьем случае между размещениями прошло чуть более года, основное изображение станка различается, однако технические характеристики друг другу не противоречат, при этом к третьему варианту прикреплена дополнительная фотография станка СК6П 300 CNC, на основное изображение не похожая… Не многовато ли недоговоренностей и противоречий вокруг одного модельного ряда?

Видимо, во многом такая практика сложилась и продолжает культивироваться из-за того, что под видом имеющихся в каталогах станков – попросту используя их названия – продолжают изготавливаться в той же Италии и завозиться под видом частей и принадлежностей всё новые и новые станки, которые СТАН выдает за оборудование собственной разработки и производства, соответствующие требованиям для признания их российскими при госзакупках. Учитывая, что в подтверждающих «российскость» для этих целей документах указывается лишь модель оборудования – подобные действия могут до поры до времени легко сходить с рук махинаторам.

И они это воспринимают как должное – не придерживаясь даже видимости приличий. Это следует хотя бы из того, что в наименовании станка СК6П 500 CNC цифра 500 – это ширина стола в сантиметрах, в то время как поставляемый ПАО «Туполев» станок имеет стол шириной 300 сантиметров.

Показательно, что в номенклатуре СТАН есть станки производства АО «Станкотех» со столами такой ширины – и, более того, из выданного АО «Станкотех» Московской торгово-промышленной палатой Акта экспертизы №3659.021.12.1/10-17 от 15.01.2018, действующего до 14.01.2019, следует соответствие требованиям Приложения к Постановлению Правительства Российской Федерации от 17 июля 2015 года №719 и признание произведенным в Российской Федерации в целях применения этого Постановления станок СК6П 500 CNC (на основе базового станка мод. СК6П 300/6 CNC).

Казалось бы – что мешало группе СТАН назвать поставляемый в ПАО «Туполев» станок так, чтобы несоответствия не бросались в глаза не то что компетентным органам, но даже простым любопытствующим?

Предположить причину такого поведения можно, взглянув, например, на протокол заседания Комиссии при Минпромторге России по отнесению промышленной продукции станкостроительной отрасли к промышленной продукции, не имеющей аналогов, произведенных в Российской Федерации, по проектам ПАО «Туполев» от 17.11.2016 № 05-1890 – где членом Комиссии является управляющий директор ООО «СТАН» Руслан Звягинцев, а президент Ассоциации «Станкоинструмент» Георгий Самодуров заявляет о наличии по всем заявленным ПАО «Туполев» моделям оборудования отечественных аналогов – несмотря на указание в том же протоколе на то, что по 2 из них акты находятся в процессе выдачи. При этом никого из членов комиссии это не смущает – видимо, оттого, что получение группой СТАН в Минпромторге любых необходимых документов воспринимается ими исключительно как формальность, а отказ – невозможным, и Комиссия единогласно утверждает наличие аналогов в ситуации, когда не завершены предусмотренные действующей нормативной базой процедуры.

Атмосфера отождествления интересов группы СТАН с интересами станкостроительной отрасли, по каким-то – возможно, небескорыстным – мотивам отдельных сотрудников выпестованная и старательно поддерживаемая Минпромторгом России, создала ситуацию, когда решения ведомства по важным и даже судьбоносным решениям для конкурентов группы СТАН де-факто предрешаются последней и лишь формально оформляются чиновниками.

Но вернёмся к нашему герою-станкостроителю – владельцу заводов Максиму Гущину. Если подвести краткие итоги, то показывал он президенту России и рассказывал о станке, спроектированном и большей – и важнейшей – частью изготовленном не в России, а в Италии, основным компонентом российского происхождения которого служит табличка со взятым с потолка названием станка, указанного – без «ненужных» подробностей – в каталоге СТАН и имевшего на момент подписания договора с ПАО «Туполев» акт экспертизы Минпромторга о его «российскости» для госзакупок. Подчеркнем – мы сейчас не обсуждаем, как был получен этот акт (это может стать темой отдельной статьи), а говорим о том, что акт был получен на основании документации на станок, имевшей мало общего со станком, поставленным в ПАО «Туполев» под тем же названием.

Президент же, естественно, вряд ли представлял, что именно ему показывают, и ожидаемо позитивно отреагировал на увиденное:

«Вы знаете, особенно приятно, что станки отечественные. Вот сейчас мы посмотрели, познакомились. Причем это отечественное станкостроение практически возрождено тоже почти с нуля».

Пожалуй, сложно представить его реакцию, если бы в этот момент кто-то из его собеседников сообщил бы ему, что части станков производства АО «Станкотех» приходят в Казань напрямую из Италии.

Наверное, нужно задаться вопросом – а в чем, собственно, мотив Максима Гущина столь явно и, не побоимся этого слова, нагло вводить президента страны в заблуждение, приписывая своей структуре успехи зарубежных производителей?

Понять его несложно – в 2018 года группа СТАН практически вдвое снизила объемы выпуска продукции, предпосылки чего запрограммированы в истории появления и модели деятельности руководства и бенефициаров группы СТАН, когда профессиональная содержательность заменяется административным ресурсом, что в любой отрасли конечно.

В конце апреля группа СТАН де-факто перешла под контроль госкорпорации Ростех – своего главного кредитора (через АО АКБ «НОВИКОМБАНК») и заказчика, отчаявшегося при сохранении текущего менеджмента и его подходов получить заказанное и добиться возврата кредитов. Очевидно, что погружение Ростеха в перипетии деятельности группы СТАН – например, в исследование направления и целесообразности расходования кредитов и авансов – может привести к не самым радужным для Максима Гущина последствиям.

И тут последним козырем может выступить старательно складываемое реноме группы СТАН под его руководством как блестящего импортозаместителя – дескать, если что и не так сделали, то исключительно из наилучших побуждений и во благо государства, не велите казнить…

Так что этой ложью Максим Гущин пытается подстелить соломку не группе СТАН, а себе лично – и не чурается при этом прямого блефа.

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также