Кыргызстан
В мире

Пока Россия громит сирийских боевиков, США покупают им оружие на 2 млрд долларов

В своей программе Андрей и Юлия Норкины обсуждают, что сейчас происходит на Ближнем Востоке
Обсуждаем главные новости с Андреем и Юлией Норкиными

Обсуждаем главные новости с Андреем и Юлией Норкиными

Ю. Норкина:

- В студии Юлия Норкина. Как обычно, в начале программы я расскажу о четырех темах, на которые мы решили обратить ваше внимание. В 19.30 – новый айфон с функцией Face ID, как спецслужбы могут получать данные о владельце телефона. В 19.05 – я нищий, верующий, религиозный. Режиссер Артур Зариковский объяснил инцидент с голой дочкой на трассе. В 18.30 – зам. начальника ФСИН Олега Коршунова задержали в Москве, следствие ведется в рамках 4-й части статьи «присвоение и растрата с использованием служебного положения в составе организованной группы».

В студии также Андрей Владимирович Норкин и Виктор Николаевич Баранец, военный обозреватель «Комсомольской правды». А говорить мы сейчас будем о визите Сергея Шойгу в Сирию.

А. Норкин:

- Что касается визита нашего министра обороны, там насколько можно карты раскрывать?

В. Баранец:

- Вы видели сообщение Министерства обороны, оно написано дипломатическим языком высшего пилотажа – много слов и ничего не поймешь. Обсуждались перспективы, давались реальные оценки положения и т.д. Хотите, приоткрою секрет. 85% сирийской национальной территории благодаря нашим ВКС уже находится под контролем сирийской национальной армии. Фактически остались 15%, но они могут быть самыми трудными. Что происходит? Американская коалиция выталкивает из Ирака боевиков, и выталкивает куда? На территорию Сирии. С другой стороны, Дейр-эз-Зор покидают отряды ИГИЛ и бегут по дорожке к Ракке. Таким образом, образуется еще один очень серьезный форпост. На этом фоне мы читаем, эти 2 миллиарда долларов (кому?), Соединенные Штаты Америки хотят повстанцев вооружить. Фактически это преступники. Фактически США собираются (я не побоюсь сказать) вооружить снова террористов. Позавчера бывший министр иностранных дел Британии, смотря в камеру, сказал: «А мы помогали игиловцам». Таким образом, позвольте полковнику Баранцу назвать и Соединенные Штаты Америки, и Британию, если они были в одном окопе с ИГИЛ, тоже государства-террористы.

О чем Шойгу говорил с Башаром Асадом? Прежде всего, он передал большой привет от Путина, поскольку действительно Дейр-эз-Зор в течение четырех лет находился под контролем, и немало солдатских судеб сирийских там полегло. Надо это признать. Там есть еще такой укрепленный район, как аэродром стратегический, они за него зубами держались, сейчас и эта проблема решена. Сейчас все стволы повернуты на северо-восток, чтобы додавить эти 15%. Но на этом фоне образовалась целая группа государств соседних, которые пытаются отщипнуть что-то от Сирии, получить свои дивиденды, кусочек пирожка сирийского. Это и Турция, это и курды, это Иордания, это Ирак.

А. Норкин:

- Кстати, нам пишет Сергей, что «США эти 15% не отдадут, по крайней мере, в ближайшее время».

В. Баранец:

- Я не исключаю этого. Здесь может начаться гражданская война номер два или, если хотите, антитеррористическая война номер два, если американцы себя так поведут. Это будет уже совершенно другая война.

А. Норкин:

- Сегодня «Коммерсант» сослался на Foreign Policy. Это американское издание. Они пишут, что американцы дают оружие террористам на сумму 2 млрд. 200 млн. долларов. И самое интересное, что это наше, советское оружие. Это что такое, зачем они это делают? Почему наше-то оружие надо отдавать?

В. Баранец:

- К великой печали, должен признать, что 3,5 тыс. наших бывших соотечественников воюют в рядах ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусры» и других. Эти люди великолепно владеют советскими системами оружия. Это и автоматы, и гранатометы, и что хотите. США будут не напрямую американское оружие поставлять, они берут со складов, с арсеналов Болгарии, Румынии, Венгрии, Польши, с некоторых прибалтийских стран и оснащают эту бандитскую армию. Если это подтвердится, то фактически США занимают стороны террористов.

А. Норкин:

- А насколько это оружие может изменить расклад сил?

В. Баранец:

- Это затянет войну на много месяцев, а может быть, и лет. Я еще думаю, что Шойгу, возможно, поговорил с Асадом, что надо наращивать правоохранительные органы, которые должны действовать на освобожденных территориях. Армия двигается, позади остаются гигантские пространства, никем не прикрытые.

А. Норкин:

- Это как с Пальмирой получилось, вы хотите сказать?

В. Баранец:

- Да. И потому этот урок пальмировский…

А. Норкин:

- Хочу напомнить нашим слушателям. Пальмиру освободили с нашей помощью, приезжал туда Гергиев с оркестром. А потом мы пошли дальше выполнять задания, а за Пальмиру должны были отвечать сирийские…

В. Баранец:

- Они там батальон оставили какой-то. Они их вышвырнули оттуда, как сонных котят. Это один из уроков. Я думаю, что сейчас стоит вопрос о закреплении правоохранительных органов и о том, чтобы в этих зонах работали правоохранительные органы, будем говорить, местная полиция.

А. Норкин:

- Виктория нам пишет: «А может быть, с этих 15% территорий мирное население сейчас вывести?»

В. Баранец:

- А как вы это сделаете? Кстати, по мере приближения войны это мирное население само устремляется на освобожденные территории. Помимо всего прочего, эти восточные территории не такие густонаселенные. Самое главное, что мы перехватили центр с гигантскими нефтяными полями. Если взяты под контроль нефтяные поля…

Ю. Норкина:

- Их надо восстанавливать.

В. Баранец:

- Да. Это экономическая составляющая, это такая кровеносная система сирийской экономики, это деньги.

А. Норкин:

- Ну ладно, говорят нам, пришли вы Асада спасать, спасли вы Асада, а теперь идите домой. Вы как отвечаете на такие вопросы? Мы должны там оставаться, и если да, то для чего?

В. Баранец:

- Это очень популярный вопрос. Мы вложили гигантское количество и денег, и труда, и пота, мы потеряли там около 30 человек военнослужащих, у нас там бессрочный Тартус (Асад подписал), у нас там Хмеймим. Если это стратегически важный район для России… А что, только у американцев должны быть стратегически важные?

А. Норкин:

- Есть такое убеждение, что американцам все можно, а у нас нет национальных интересов, нет стратегических интересов.

В. Баранец:

- Это при Ельцине было так. В Кремле сегодня не Ельцин сидит. До 2015 года американцы вращали земной шарик так, как хотелось Белому дому.

Ю. Норкина:

- Мне кажется, это раньше началось.

В. Баранец:

- Сразу после Советского Союза это началось. Мы выполняли все указания Вашингтона. Если нам приказывали ссориться с Северной Кореей, мы ссорились. Если нам говорили: вам желательно с Кубы убраться, - мы уходили. Путин сказал: стоп.

Ю. Норкина:

- По поводу Югославии не вякать.

В. Баранец:

- А Каддафи? Это же тоже на нашей совести. И вот Путин впервые насыпал соли в этот глобус, который Белый дом и Америка вращали, и, конечно, они зубами заскрежетали. Время, когда американцы считали себя мировым полицейским, закончилось при Путине. Это и вызывает дикое озверение. Это вызывает желание дать миллиарды долларов, чтобы оснастить сирийскую оппозицию, будем говорить так, террористические организации, для того чтобы насолить Путину. Не получится.

Я знаю еще одно обывательское мнение. Чего мы там делаем, если у нас тазик с пустым оливье, не надо ли этим заняться? Так вот, чтобы тазик был полный, иногда надо противника, который в Сирии, там остужать, иначе он завтра вам в дверь постучится. Он уже под балконом ходит и в Москве, и в других городах. Это обыватель не хочет понять.

А. Норкин:

- Когда начинаются какие-то споры на эту тему, говорят… Недавно был такой контраргумент, его привел, по-моему, Делягин. Он сказал: вы не понимаете, что когда вы развиваете военно-промышленный комплекс, когда вы вкладываете деньги в оборону, вы на самом деле развиваете всю промышленность.

В. Баранец:

- Я редко соглашаюсь с Делягиным, но в этот раз – да.

А. Норкин:

- Как это можно не понимать?

В. Баранец:

- Это правда. И вот эти 2 миллиарда долларов… Понимаете, ВПК Соединенных Штатов цветет и пахнет. Что они делают? Они берут старое свое оружие, перетаскивают своим союзникам по НАТО (Прибалтика, Польша). Там веник подари, швабру, дырявое ведро – лишь бы было американское. А свой научный комплекс накачивают новыми заказами.

А. Норкин:

- Была история с Украиной, когда им поставили палатки, что-то еще, а потом, когда стали показывать по телевизору, там все дырявое, драное, испорченное.

В. Баранец:

- Я думаю, что если мы там оставим военно-воздушную базу, она нам не в большие деньги обойдется. Если оставим Тартус, мы же крепко сядем в Средиземном море. Там всегда будет реять флаг российского Военно-морского флота. Это не игрушки в бирюльке, тут нужно просто глобальное мышление. Нужно понять, что мы делаем, почему мы воюем в Сирии. Дай бог побыстрее разбить ИГИЛ.

Ю. Норкина:

- Зачитаю вопрос: «Кто и как накажет пособников террористов?»

А. Норкин:

- Каких пособников? Тут надо понимать, пособник пособнику рознь.

Ю. Норкина:

- Я так понимаю, что речь идет именно о тех, кто поставляет им оружие.

А. Норкин:

- Об американцах?

Ю. Норкина:

- Ну да.

А. Норкин:

- По поводу пособников. Я думаю, что американцев мы никак не накажем. Но есть другие товарищи. В том же самом материале Foreign Policy, про который мы говорили, сказано, что до последнего времени американцы действительно это старое советское оружие закупали в тех странах, которые вы, Виктор Николаевич, называли. Но относительно недавно необходимые им объемы их уже перестали устраивать. К кому они обратились? К Украине, Грузии, но еще и к стране, которая наш союзник, - Казахстану. Американские журналисты пишут, что Пентагон закупает в Казахстане это советское оружие, для того чтобы потом его передавать террористам. Я не думаю, что в Казахстане не знают, кому и для чего они продают оружие.

В. Баранец:

- Часто бывает в войне, чтобы вызвать озверение чувств наших союзников, часто ставят правдивые факты и подключают… Могли бы киргизы написать, могли бы Таджикистан написать. Второе. Казахское оружие… Там не дураки сидят, и они знают, что если будут продавать такое оружие, оно должно иметь информацию о конечном пользователе. Казахстан должен взять расписку, скажем так, с США, для каких целей и куда вы направляете это оружие. Если он не возьмет эту расписку, если Казахстану все равно, лишь бы мешки набить, тогда у Москвы будет другой разговор с Астаной, потому что страна числится нашим союзником. Что это такое, удар в спину, что ли? Это уже другой разговор будет.

Я вам больше скажу. Надо честно об этом говорить. Недавно звонит товарищ из Армении. Армения вроде бы наш союзник по ОДКБ. И вдруг говорит: наши товарищи поехали деньги выпрашивать у американцев, они их дали. Получается, что Москва тут базу держит, Москва противостоит Азербайджану из-за Карабаха. Это же важный фактор. Если бы там нашей базы не было, Азербайджан бы уже съел Карабах. Тем не менее, какие-то шевеления в рядах наших союзников все-таки есть, и об этом надо открыто говорить.

Ю. Норкина:

- То есть посматривают они туда.

А. Норкин:

- Скажите, вот этот наш финт ушами (по-другому не могу сказать) – мы продаем туркам С-400. Это что такое, насколько это всё поменять может?

В. Баранец:

- Андрей, представьте себе, что Юля захотела дорогую шубу за 150 тысяч долларов. Вы, конечно, ей не разрешили. Но я, чтобы рассорить вас, все равно Юле эту шубу куплю. Вы будете с ней грызться… Честно скажу, нам страшно надо было рассорить США и НАТО с Турцией. И мы это блестяще сделали. И сегодня Эрдоган вот такой щелбан по лбу Белого американского дома дал. Я стоя аплодирую господину Эрдогану. Это вам не помидоры. Он блестяще поставил их на место. Вы поняли, в чем наша игра? Это большая стратегическая игра, нам надо вбить как можно скорее клин. Это блестящая операция, я поздравляю наших дипломатов.

А. Норкин:

- У нас есть новость, связанная с борьбой против коррупции. Сегодня очередной факт. Проходили обыски в квартире генерала Олега Коршунова, бывшего зам. главы Федеральной службы исполнения наказаний.

Ю. Норкина:

- Почему бывшего? Его уже сняли?

А. Норкин:

- Бывший, потому что в июле он подал рапорт на увольнение. В настоящий момент он находится в отпуске.

Ю. Норкина:

- А что решил уйти?

А. Норкин:

- Наши коллеги, в частности, Александр Бойко, в сегодняшнем номере «Комсомолки» об этом рассказывает, что ни для Олега Коршунова, ни для его непосредственного начальника Геннадия Корниенко это новостью не было, потому что давно этого товарища вели в разработке, он был, собственно, «под колпаком у Мюллера». Какие претензии? Вы знаете, наверное, такую легендарную тюрьму «Кресты», которая находится практически в центре Санкт-Петербурга. Там было строительство нового комплекса «Кресты-2». На этом строительстве деньги стали куда-то утекать, порядка 800 млн. рублей куда-то пропали. Теперь предъявляются претензии к господину Коршунову. Давайте познакомимся с этим человеком.

Справка Радио "Комсомольская правда"

Олегу Адольфовичу Коршунову 54 года. Родился в Москве, окончил кредитно-экономический факультет Московского финансового института. Учился вместе с министром финансов Антоном Силуановым. В 2012-м окончил Российскую академию народного хозяйства и государственной службы при Президенте России. На протяжении многих лет работал в банковской сфере. С 2004-го по 2006-й являлся зампредом правления Межрегионального фонда президентских программ, позднее возглавил Управление экономического развития и торговли Рязанской области. С 2008 года на протяжении 4 лет Коршунов работал помощником члена Совета Федерации от Рязанской области Рафгата Алтынбаева. В 2012-м перешел в Федеральную службу исполнения наказаний, после того как ее возглавил Геннадий Корниенко. Спустя год назначен начальником финансово-экономического управления ФСИН. 10 марта 2014-го указом президента назначен заместителем директора ФСИН. 13 сентября задержан по подозрению в крупной растрате. Следствие полагает, что Коршунов создал преступную схему вместе с бывшим руководителем Калужского ФСИН Андреем Мухетдиновым. Коршунов и Мухетдинов могли похитить свыше миллиарда рублей.

А. Норкин:

- Если вы забыли, относительно недавно директора ФСИН Реймера приговорили к 8 годам лишения свободы по обвинению в хищении почти 3 млрд. рублей. Там дело касалось махинаций с электронными браслетами.

У нас на связи Александр Бойко. Вы тут рассказываете, что господин Коршунов, даже зная, что уже идет расследование, особо не стеснялся. У него 4 млн. рублей в разных валютах обнаружено, коллекция элитных часов (22 штуки). И задержали его отдыхающим на яхте. У него нервы стальные, что ли?

А. Бойко:

- Что значит стальные нервы? Может быть, человек был уверен, что с ним так не обойдутся или не хватит доказательств у следствия. Информация на том, что на него собирали информацию, уже была. Летом предупредили главу ФСИН Геннадия Корниенко о том, что у его подчиненного, возможно, будут какие-то проблемы. Коршунова тогда попросили написать рапорт на увольнения. После этого генерала, которому сейчас грозит 10 лет тюрьмы, отправили в заслуженный отпуск.

А. Норкин:

- А что именно там заинтересовало следственные органы, в чем заключалась махинация, что теперь идет следствие, что они делали?

А. Бойко:

- Есть интернет-магазины, которые есть во всех СИЗО, во всех колониях. У каждого заключенного есть электронный счет, куда родственники могут положить какие-то деньги, они эти деньги тратят, покупают что-то. Идет огромный поток денег. Если раньше все эти деньги поступали в бюджет ФСИН, то благодаря Коршунову было создано ФГУП внутри ФСИН, которое занималось перераспределением этих средств. Раньше там был свободный рынок, коммерсанты выходили с предложениями на ФСИН, на свободном рынке определяли цены…

А. Норкин:

- Понятно, получилась такая монополия.

А. Бойко:

- Да. Цены и наценки стали определять сами сотрудники ФГУП. Правозащитники заметили, что повысились цены на определенные товары, потом стали смотреть, куда это все уходит. В общем, заинтересовалось следствие.

А. Норкин:

- А строительство «Крестов-2», там в чем дело?

А. Бойко:

- Вокруг «Крестов-2» история длится уже около года. Должен был уже быть построен новый следственный изолятор на 4 тыс. мест, но до сих пор он не открыт, там не установлена дорогостоящая система безопасности. Сначала Счетная палата выяснила, что из 12 млрд. рублей 768 миллионов куда-то испарились. Потом часть этих денег (а может быть, других) нашли у субподрядчиков, которые занимались строительством. 2 сентября на два месяца арестовали главу генсубподрядчика этого СИЗО – ООО «Петроинвест» Руслана Хамхокова. Его следствие подозревает в том, что он передал 250 млн. рублей зам. начальника управления ФСИН по Петербургу и Ленинградской области Сергею Моисеенко.

Ю. Норкина:

- Моисеенко тоже туда же пойдет, куда и Коршунов?

А. Бойко:

- Очевидно. Все же находится в вертикальном подчинении, возможно, следствие из Ленобласти плавно вышло на Москву, попало в кабинет Коршунова. Следы его нашли в яхт-клубе. Последние дни своей свободы он…

А. Норкин:

- Наслаждался солнцем и водой. Николай нам пишет: «Возьмите меня в министры. Честно-честно воровать не буду». Николай, мало не воровать, надо еще уметь что-то делать. Вы что умеете делать, вас в какое министерство назначать?

Ю. Норкина:

- Вот Коршунов тоже экономист, видимо, очень талантливый.

А. Норкин:

- Когда я справку слушал, то вздрагивал. Знаешь, в каком месте? Учился вместе с министром финансов Силуановым. Я ничего не хочу сказать плохого в адрес Антона Германовича Силуанова, но…

Ю. Норкина:

- Я вздрагивала на слове «президент», «при президенте». Это та самая мерзость, которая дает основания думать, что и об этом человеке президент тоже знал.

А. Норкин:

- Нет. Технологически совершенно неверно. Президент назначает очень незначительное количество чиновников. И имеются в виду чиновники высшего ранга.

Ю. Норкина:

- Но мы-то об этом не знаем.

А. Норкин:

- Значит, мы должны об этом говорить.

Ю. Норкина:

- Любое такое дело – это дискредитация власти.

А. Норкин:

- Согласен.

Ю. Норкина:

- Не то, что это дело начали вести, а наличие вот этих мерзавцев – это дискредитация власти.

А. Норкин:

- Катастрофа заключается в том, что на подпись главе государства люди, которым он, по всей видимости, доверяет как руководитель… Вот к нему приходит представитель из такого-то ведомства и говорит: вот такой человек, который хороший. Вы думаете, что президент будет каждого проверять? Конечно же, нет, это невозможно физически. Вот катастрофа-то в чем. Дело не только в том, что это на имидже страны и главы государства отражается, это на самом деле реальный вред. Потому что приходят люди, которые уже чему-то там где-то научились – ну и понеслось набивать себе карман.

У нас на связи Александр. Александр, вы откуда нам звоните?

- Город Королев. Знаете, что мне непонятно? Вот Коршунов - птенец гнезда гайдарова, перед этим Улюкаев – птенец гнезда гайдарова. А я помню, как меня и таких, как я, убеждали либералы, что Гайдар подбирал только порядочных, честных, самых лучших людей. Что с ними творится, непонятно.

А. Норкин:

- А что они должны были вам говорить?

Александр:

- Хотя бы то, что имеем, то и берем.

Ю. Норкина:

- Тогда кто же за ними пойдет?

А. Норкин:

- Вячеслав практически то же самое говорит: «Либероиды все равно будут вопить, что нет никакой борьбы с коррупцией, что это все показуха». Александр, а вы как считаете, это показуха или нет?

Александр:

- Я считаю, что Путин свои слова на ветер не бросает. Ведь он совсем недавно предупреждал: уважаемые чиновники, подумайте хорошо, стоит ли вам большую зарплату получать и честно работать или делать вид, что вы работаете, и заниматься приработком.

А. Норкин:

- Еще мне написали: «Вопрос такой, как эти злоупотребления стали возможны, кто допустил, кто потворствовал?» Видите, у нас предыдущий руководитель уже сидит. Может, это как-то связано, надо разбираться.

У нас еще звонок. Андрей, здравствуйте.

- Знаете, как бы я размышлял, если бы был чиновником? Вот, например, у меня есть шанс взять 3 миллиарда рублей. Я думаю, что будет в худшем варианте. Дадут мне 8 лет. Да и черт с ним. Как можно за 8 лет 3 миллиарда заработать? Я согласен, давайте. Надо просто ужесточить законодательство – расстрел с отсрочкой на 5 лет. Если за 5 лет невиновность свою не доказал – расстреляли. Вот это будет эффективно.

Ю. Норкина:

- А у нас конфискация имущества сейчас есть?

Андрей:

- Конфискация есть, но как вы конфискуете то, чего у меня уже нет? Я это вывезу за границу - ну, ищите.

А. Норкин:

- Вы считаете, что надо ужесточать наказание?

Андрей:

- Конечно. Я не боюсь 8 лет за 3 миллиарда, я готов. Никто не боится. Это очень мягко. Хотя бы лет 40 давать.

А. Норкин:

- А где их держать-то? Они же не достроили тюрьму новую.

Андрей:

- Тогда расстреливать с отсрочкой на 5 лет. За 5 лет докажут свою невиновность – освобождаем, нет – расстреливаем.

Ю. Норкина:

- Нам пишут: «Нет конфискации».

А. Норкин:

- Да, и здесь пишут, что «пока президент не сделает закон с конфискацией и персональной ответственностью, лучше не будет».

У нас на связи Ростов. Дмитрий, здравствуйте.

- Работа идет хреново, потому что лучшие друзья президента, господин Ротенберг… Снимает налог с Ротенберга за проезд фур свыше 12 тонн и т.д. Это один из примеров. Своим людям можно всё – продавать нефть, брать за пользование государственным асфальтом деньги с дальнобойщиков. Одним можно, другим нельзя. Друзьям царя можно все, поэтому всем нам тоже можно. Мы же смотрим на пример. Поэтому до тех пор, пока фашист Франко в Испании сделал в свое время, у нас будет на всех уровнях коррупция.

А. Норкин:

- Так мы с вами договоримся, что давайте у нас тут фашизм устроим. Так, что ли?

Дмитрий:

- Знаете, что я имею в виду по поводу фашиста Франко? Он просто взял однажды, будучи фашистом, стал ездить по правилам дорожного движения вместе со своим кортежем, на красный стоять. И все испанцы с тех пор ездят по правилам.

А. Норкин:

- Очень легкое у вас решение проблемы. Тем более, когда начинается разговор про систему «Платон», мне всегда смешно, что никто не обращает внимания, что вообще-то во всем мире существуют правила, по которым большие машины должны оплачивать свое существование.

Ю. Норкина:

- Зачитаю сообщение: «Вот новость-то, а то страна не знает, как вертухаи от зеков кормятся. Бабло щиплют и за УДО, и за послабление режима».

А. Норкин:

- Это очередная констатация всем известного факта. Знаете, свинья грязь найдет, как говорят. У нас всегда воровали самые разные чиновники, на самых разных постах. Я сейчас не об этом спрашиваю. Меня интересует ваше мнение. У нас борьба с коррупцией идет? Мы в который раз за последние две недели рассказываем о новых эпизодах. Так она идет или нет? Позвонивший из Ростова сказал, хреново идет, привел пример с Ротенбергом.

Ю. Норкина:

- «Депутаты не пропустили конфискацию». Другой слушатель написал: «Нет - конфискации, либералы честные. Отменили».

А. Норкин:

- Давай Игоря послушаем.

- Вопрос был задан, довольна ли наша душенька или нет. При всем уважении к вам, вопрос задан некорректно. Я не знаю, какой процент воров оказывается на скамье подсудимых и под следствием. Допустим, из 10 губернаторов 9 воруют, из 9 одного поймали. Если такие цифры, то, конечно же, никакой борьбы нет. Если из 9 посадили 8, тогда борьба есть. Знаете, надо же и по хвостам бить, устранять причины, которые приводят к воровству.

А. Норкин:

- Я, конечно, статистику не готов предоставить. Могу сказать, что суд по делу бывшего сахалинского губернатора Хорошавина, которого обвиняют в коррупционных преступлениях, его сегодня опять отложили, и не в первый раз. Если судить по этой новости, то пока нам вас радовать нечем.

Ю. Норкина:

- Валерий из Краснодара хорошо написал: «Борьба с коррупцией не идет, только единичные случаи. Путин как президент должен был вмешаться в процесс Васильевой и Сердюкова. И должна быть принята 20-я статья резолюции ООН о незаконном обогащении и конфискации имущества, расходы должны соответствовать доходам».

А. Норкин:

- Сейчас мы вернемся к одной из тем, которые мы обсуждали, потому что есть развитие. Это было на прошлой неделе.

Ю. Норкина:

- Это странная история с мужчиной, который из своего «Мерседеса» вытащил 4-летнюю девочку, снял с нее штаны и начал снимать ее на камеру. Девочка плакала.

А. Норкин:

- Женщина, очевидец этих событий, была страшно этим поражена. Кстати, мы отмечали, что она была единственной, кто не проехал мимо этого странного эпизода. Мужчину этого тогда задержали. В тот же день, когда мы об этом рассказывали, его отпустили. И вот теперь появляются первые подробности. Почему-то меня не удивляет, что этот человек – представитель творческой профессии, режиссер и сценарист, зовут его Артур Зариковский, ему 76 лет. Это была его дочь. А сам себя он позиционирует великовозрастным папой. Давайте послушаем, что сам господин Зариковский говорит.

Зариковский:

- В этот день мы ехали на занятия пластикой и голосом. Очень длинный путь, очень большие пробки. Дочка хочет писать, она просит меня. Негде остановиться. Я вижу какую-то лужайку, останавливаюсь. Дочка выскакивает из машины с пляской и пением. Камера со мной, потому что я снимаю занятия. Вообще я с дочкой делаю фильм с самого ее рождения. Дочка выскакивает. Камеру я держу в руках. Мне надо посмотреть, чтобы сделать общий план: потоки машин и одинокий человек. Дочка чуть-чуть поплясала. Я посмотрел, камера работает у меня (она была в ремонте до этого). Она пописала, мы сели в машину и поехали.

А. Норкин:

- Коллеги из «Московского комсомольца» тоже с господином Зариковским разговаривали. Он там немножко по-другому говорит. Приведу цитату: «Я камеру всегда вытаскиваю из салона, это идеомоторный акт. Камеру ремонтировали, поэтому я решил проверить, как объектив». Ему дальше вопрос задают: «Но ребенок-то голый». Отвечает: «Давайте зайдем в любой музей. Речь ведь идет о ребенке. Только больного человека это может смущать, что ребенок крошечный без штанов. Человек описаться мог. Если бы это было, как у Набокова, но